Максим Жих: Славяне и германцы

Если в основе социального устройства германцев лежала родовая организация, то краеугольным камнем славянского общества была территориальная община*.

Эта разница базовой социальной ячейки славян и германцев (территориальная община у первых и род у вторых) проявилась в идеологической сфере в том, что если для германских правящих династий характерна система развитых эпико-мифологических родословных, то для славянских правящих династий она отсутствует начисто.

У славянских правителей не было мифологических родословных: Рюрик, согласно древнерусским летописям, просто приходит "из-за моря", о каких-либо его предках не сообщается ничего, равно как и о том, откуда конкретно он приходит и кем он вообще был (славянин-? скандинав-? - об этом теперь историки гадают); родоначальник чешской правящей династии Пшемысл предстаёт в "Хронике" Козьмы Пражского обычным пахарем, о его предках как и в случае с Рюриком не сказано ни слова; аналогична ситуация и с родоначальником польской династии Пястом. Итого, все три славянских князя-родоначальника (Рюрик, Пшемысл и Пяст) появляются на страницах летописей как бы из ниоткуда. Сравните с длинными легендарными генеалогиями правителей в германо-скандинавской традиции.

Отсутствие у славян развитой родовой традиции вело и к отсутствию развитой системы генеалогий (реальных и вымышленных).

Господство у славян территориально-общинных отношений привело к двум важным отличиям в развитии славянского мира от германского:

(1) Благодаря территориальной общине, в которую относительно легко мог вступить иноплеменник (как об этом говорит "Стратегикон"), славяне обладали большой ассимилятивной способностью. Если германцы в ходе Великого переселения народов в большинстве случаев растворились среди населения тех стран, куда они переселялись, то славяне, наоборот, по мере своего расселения, сами ассимилировали аборигенное население.

(2) Преобладание общинных отношений над родовыми вело к тому, что славянское общество было гораздо более демократичным, чем германское. Если у германцев правителя и военачальника избирали только из определённого круга знатных семейств (об этом говорит Тацит), то у славян на соответствующие должности мог быть избран любой общинник, отличившийся храбростью в бою, организаторскими способностями, мудростью и прочими талантами. Также для славян характерно избрание в качестве своих правителей выдающихся иноземцев (чего не прослеживается у германцев с их родовой организацией). Показательна история правителя одного из первых славянских "государств" Само - франкского или галло-римского купца, ставшего в славянской земле бесстрашным воином и непобедимым полководцем, сокрушившим войска Аварского каганата и Франкского королевства, перед которыми трепетали многие народы; иноземца, ставшего славянским князем и всю жизнь верой и правдой достойно служившего своему новому народу и своей новой родине.

Такая гибкость славянского общества, в котором во главу угла ставилась не знатность, а таланты и заслуги человека, способствовала быстрому развитию славянской цивилизации, развивала умение усваивать полезные технологические, социальные и культурные новшества. Славяне, развитие которых проходило вне зоны романо-германского синтеза и без античной цивилизационной подосновы, в домонгольское время быстро догоняли страны Западной Европы.

* Это следует из слов "Стратегикона", следующим образом описывающего социальный строй славян: "Находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена, в течение неограниченного времени, но, ограничивая [срок рабства] определенным временем, предлагают им на выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси, или оставаться там [где они находятся] на положении свободных и друзей". Возможность для иноплеменника остаться у славян в качестве "свободного и друга", то есть равноправного члена местного общества, предполагает именно территориально-общинный характер устройства славянского общества.

3 комментария:

  1. Oleg Gutsulyak
    Этнонимами на "-ичи" фиксируется переход части славян от avia potestas «дедовского права» (культово-экономическая община-«род», с формантом «-ане/-яне» в самоназваниях) к patria potestas «отцовского права» (генеалогическо-соседской территориальной общине-«народе/нации», с формантом «-ичи» в названиях родов и племен).

    ОтветитьУдалить
  2. Maxim Medovarov
    Интересно, но сомнительно.
    У германцев власть определялась по роду, но земледельцы жили скорее хуторами и частными участками-одалями, чем общинами. У славян же долгое время преобладала родовая община, иначе невозможно объяснить наличие всяких племенных бояр и князей еще до "исторических" династий. Некоторые из них, как роды новгородских и галицких бояр, оказались очень устойчивы.
    Можно ли сказать, что у славян нет генеалогий, сравнимых с германскими или греко-римскими? А может, просто источники до нас не дошли, а такие генеалогии были?
    Ну и наконец уже не гипотеза, а, увы, факт: славяне легко ассимилировались среди почти всех соседних народов. Если сравнить раннесредневековое расселение славян с последующим, то станет очевидно, что они растворились и среди греков, и среди албанцев, и среди румын, и среди венгров, хотя славяне были большинством на этих землях, но предпочли отказаться от своего языка в пользу языка меньшинств. Ну классический пример онемечивания вендов сюда же.

    ОтветитьУдалить
  3. Boris Horev
    Оказывается, историки Древнего Новгорода​ ставят перед собой​ вопрос, почему Вещий Олег, а вместе с ним и малолетний Игорь, ушли из Новгорода в Киев. Для меня, более чем не спеца по Новгороду,​ ответ очевиден —​ потому, что Киев богаче, теплее, плюс смысл жизни викингов всегда был​ где-то между разбоем и убийством. Но все-таки вопрос поставлен не просто так, потому что владение Киевом несло такое обременение, как степные народы поблизости, с которыми, в конечном счете варягам пришлось образовать единый аристократический класс (я имею ввиду черных клобуков, а также то подозрительное большинство чернявых русских богатырей, которых​ археологи находят в киевских дружинных​ захоронениях X-XI века).
    Интересный ответ на этот вопрос предложил историк и философ Перевезенцев. Он указывает, что Новгород всегда тяготел к северо-западному, т.е. в тот момент​ наиболее дикому и ортодоксальному​ славянству (если я правильно понимаю, он все-таки не верит в теорию переселения​ отступающих под ударами фраков и саксов​ славян​ из Стариграда-Ольденбурга в новый град Новгород). Политической​ особенностью этой славянской​ ветви было наличие мощной ИЕРАРХИИ ОБЩИН​ внутри племени (т.е. верховная власть была у мира, точнее миров,​ выражалась на вече и освещалась волхвами,​ а отдельные личности-герои​ имели второстепенное значение). Которая по определению вступала в противоречие с​ «германской​ по национальности» княжеско-семейной​ системой​ власти, совершенно​ чуждой еще​ славянам. Вокруг Новгорода жили два мощнейших славянских племени, плюс три финских, все вместе​ они оказались достаточно многочисленными и мощными, чтобы изгнать​ варягов (в ПВЛ прямо говориться об изгнании неких​ безымянных​ варягов, плюс поход Олега на Киев). Ненависть к ним, вызванная непониманием аристократического принципа управления,​ была столь сильна, что т. н. Рюриково городище не возродилось. Однако привычка торговать в этом месте осталась.​ Так был построен Новый город. А в​ Киеве жили уже привычные к относительно​ сильной княжеско-аристократической —​ и не обязательно славянской! —​ власти. Поэтому там варягу Олегу оказалось​ проще закрепиться.
    Кстати,​ у Перевезенцева есть еще одна интересная для меня мысль —​ обозначенную выше иерархию общин уничтожили монголы, которым было проще работать с князьями (кстати, большинство антимонгольских восстаний начинались с Вече). До Новгорода монголы не дошли, поэтому там общинное управление​ сохранялась намного дольше.

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...