Василий Танасийчук: Тевтонский Орден: от герцогства до империи

Для обычного историка превращение полумонашеского Тевтонского ордена в светское герцогство, а затем в Прусскую империю - это лишь цепь политических интриг, военных побед и экономических расчетов. Но для исследователя мифов здесь разворачивается совершенно иной сюжет. Это драма сакральной космонизации дикого пространства, которая через ритуальную смерть и онтологическую мутацию породила самую эффективную государственную машину Нового Времени.

​Когда в XIII веке рыцари Пресвятой Девы Марии Тевтонской приходят на земли пруссов и в Ливонию, они совершают не просто завоевание. В терминах архаического сознания они осуществляют ритуал сотворения мира. ​Для средневекового крестоносца земля язычников это не просто чужая территория. Это зона Хаоса, неоформленная, пугающая пустота, населенная демоническими силами. Завоевать её значит превратить Хаос в Космос, уподобиться Богу, творящему мир из ничто.

Каждый орденский замок, заложенный в Пруссии или Ливонии, становился Центром Мира (Axis Mundi). Он строился по строгим сакральным чертежам: прямоугольник, капелла, рефекторий. Вокруг этого священного центра организовывалось и структурировалось всё остальное пространство. Обеты рыцарей в бедности, послушании и целомудрии были элементами аскезы, призванной удерживать этот хрупкий христианский Космос посреди бушующего языческого моря.

Всякая теократическая система со временем переживает кризис десакрализации. Когда внешние враги крещены или разбиты, миссия Ордена теряет свою сакральную легитимность. Наступает эпоха упадка, кульминацией которой становится великая онтологическая мутация 1525 года. Что на самом деле произошло в 1525 году, когда Альбрехт снял крестоносный плащ и надел одежды светского герцога? Профанная история скажет: «секуляризация». Но это был перенос сакрального внутрь государственной машины. ​Рыцарские обеты не исчезли. Произошло нечто куда более пугающее и грандиозное.

Обет послушания превратился в абсолютную, непреклонную прусскую воинскую дисциплину и верность присяге. ​Обет бедности и аскезы трансформировался в знаменитый прусский бюрократический минимализм, бережливость и культ служения государству. То, что позже Макс Вебер назовет протестантской этикой.

​Обет служения Ордену стал культом служения Государству-Отечеству. Тевтонский орден умер как монашеское братство, чтобы воскреснуть в виде Прусского государства. Жесткий, аскетичный скелет католического ордена стал стальным каркасом протестантской монархии.

Когда Ливония и Пруссия окончательно сплавились в единый геополитический вектор под эгидой династии Гогенцоллернов, этот скрытый религиозный корень дал о себе знать. Пруссия всегда выделялась среди других немецких земель, Баварии, Саксонии, Австрии, своей почти монастырской строгостью, суровостью и готовностью жертвовать индивидом ради Космического Порядка, который теперь именовался Государством. Именно этот «орденский дух», эта закодированная в прусских генах память о космонизации Хаоса позволила Пруссии в XIX веке под руководством Бисмарка железной рукой объединить раздробленные немецкие княжества в Германскую империю, Второй Рейх.

Великая Германия родилась не на пустом месте. Её ментальной колыбелью были холодные замки Ливонии и болота Пруссии. И когда мы всматриваемся в феномен немецкого милитаризма, порядка и почти мистического преклонения перед государственной вертикалью, мы должны понимать, что это не изобретение девятнадцатого столетия. Это долгое, эхо средневековых молитв под звон мечей. Это тевтонский монах, который сменил рясу на офицерский мундир, но остался верен своему древнему, суровому обету.

Борис Хорев: Князь Мстислав-Феодор Рос на Святой Земле

Русские князья не только воевали с Византией, но и спаслись там от интриг и заговоров, а также уезжали в ссылку. ​ В Ипатьевской летописи под 1161/62 г есть запись о том, что два совершеннолетних и один несовершеннолетний​ брат​ Андрея Боголюбского были изгнаны из Владимирской земли​ в Царьград. Там один из них, Василий, получил в управление 4 города на Дунае (и это в точности подтверждает свидетель тех событий византиец​ Иоанн Киннам), а второй, Мстислав —​ загадочную волость Отскалана. В византийских источниках указывается: "сыновьям владетеля Тавроскифии".

Замечу, что волостями  в те времена еще​ называли княжества детей при живом отце, т.е. Владимиро-Суздальское княжество Юрия Долгорукого​ называлось Землей, а входящее​ в него удельное княжество​ под управлением, например,​ Андрея, еще не ставшего Боголюбским​ —​ волостью. Т.е. Отскалана была какой-то феодальной автономией в рамках Византии.

Так вот, историки не знают, где находилась эта​ Отскалана.​ Но​ в книжках много раз видел​ предположение, что имелся ввиду город Аскалон, нынешний Ашкелон в Израиле, рядом с Сектором Газа. Вчера проверил — скорее всего, предположение это не​ верно. Потому что Аскалон в 50-60-ые годы XII века находился под властью крестоносного короля Балдуина III. Правда, женатого на племяннице византийского императора Мануила Комнина, а главное —​ получившего от ромеев мощнейшую военную поддержку в борьбе с Нур​ ад-Дином, эмиром Дамаска. Многие ученые считают доказанным, что в это время​ Византия удерживала мягкий сюзеренитет на Святой землей. Однако​ не в традициях Cредневековья напрямую диктовать своим вассалам, кого им назначать, говоря грубо, губернаторами (вассал моего вассала —​ не мой вассал).​

Но я нашел и другую инфу!​ Оказывается, в одной из византийских рукописей упоминается некий Феодор Рос из рода василевсов, который, судя по​ всему, путешествовал по Святой земле при Мануиле Комнине. Так вот, крестильное имя князя Мстислава было как раз Феодор, а его мать —​ была в родстве с Комнинами. Проблема только в том, что византийцы не упоминают, что он делал в Святой земле и в Византии. Указывается лишь, что у него был какой-то энколпион (колпа —​ колба, т.е. сосуд) с частицей камня от Гроба Господня. Причем он оставил его где-то в Византии. Если отождествить этого Феодора с Мстиславом, то тема энколпиона выглядит как-то странно, потому что его сын, Ярослав Красный, абсолютно точно вернулся на Русь и, по логике, должен был забрать его с собой —​ принципы римского права в Византии сохранялись до самого конца.​

Короче говоря, кем был этот Феодор Рос, что такое Отскалана, и как сложилась судьба летописного Мстислава, мы точно не знаем. 

Айдын Ализаде: Сунниты рухнули

США официально объявили о разгроме Исламского Халифата в Сирии. То есть американские крестоносцы нанесли поражение суннитам полностью. Суннитские страны Персидского Залива, Египет, Иордания и прочие полностью подчинены крестоносцам. Американские войска стоят в 250 км от Мекки в Таифе. Остальной суннитский мир раздроблен и не представляет из себя никакой серьезной силы.

Турция внешне пытается выдать себя за защитника интересов суннитов, но кроме словесных заявлений по сути ничего сделать не может. Да и сама Турция в НАТО и на ее территории американские войска. Она сама подчинена крестоносцам. И самое главное остальные сунниты за турками не идут.

Теперь по суннитскому миру нанесен еще один удар - это признание Голанских высот за Израилем.

 Суннитский мир больше не может сопротивляться и по сути никакой серьезной реакции нет.

Теперь получается парадоксальная ситуация. Только шииты остались непобежденными и продолжают представлять угрозу интересам американских неокрестоносцев. То есть, фактически, в настоящее время честь Ислама защищают те самые шииты, которых отвергают сунниты.

Чем завершится битва шиитов с неокрестоносцами неизвестно. Но в настоящее время кроме них нет в исламском мире нет никого, кто бы постоял за честь Ислама.

Комментарии:

Racib Musayev
Талибан,Алькаида,Нусра,Аш Шабаб

Virkan Muzaffarpoor
Они сами силы, созданные "неокрестоносцами".

Aydin Alizadeh
Так они все разгромлены в Сирии и Ираке. Остался лишь Талибан. Но они воюют со своими же суннитами, а не с крестоносцами.  Шиитский Иран и вообще все шииты начиная от Йемена, Ирака, Сирии и т.д. являясь меньшинством показали себя мощной силой, с которой приходится считаться и США и Израилю и другим мировым игрокам. И Израилю наибольший урон наносят именно шииты. А Иерусалим, Голаны и прочие территории утеряны суннитами. Сейчас именно шииты ведут за них борьбу. И даже тут у нас именно шиитский Азербайджан продолжает сопротивление армянским крестоносцам. Все остальные - сунниты Чечни, дагестана и т.д. - рухнули и уже не сопротивляются.

Alim Gelyastan 
Иракские шииты более проамериканские и многие встречали американцев как освободителей во время вторжения в Ирак. Не говорю уже про курдов, которые сплошь амерофилы. Они правда в основном не шииты. В Иране вообще сейчас зреет антиклерикальный бунт и большинство городских и образованных иранцев ненавидят режим аятолл и очень прозападно настроены.

Кирилл Серебренитский: Лекция о тамплиерах в России

Запись лекции, прочитанной Кириллом Серебренитским 31 июля 2011 года в клубе АртеFaq, Москва.

о. Олег Гірник: Ecclesia contra corporatia: Євхаристія та опір

 1. Не війни, а саме революції супроводжуватимуть нас у майбутньому. Ми є свідками цього «майбутнього» і маємо вже достатньо підстав, аби назвати ХХІ століття – «століттям революцій». Первісне використання терміну «революція» було пов’язане з астрономічною наукою і не мало жодного відношення до соціально-політичної проблематики.
De revolutionibus orbium celestiam (Про обертання небесних сфер) – так називався головний трактат з астрономії М. Коперніка. У значенні, якого ми надаємо йому сьогодні, це слово вперше почали вживати у 1789 році у Парижі після падіння Бастилії. Швидше всього ХХІ століття внесе свої корективи у розуміння революції, передовсім у стратегії революційної діяльності.

Алексей Ильинов: Меченосец Огненный (Шествующий Ныне)

And in the days, oh to come —
The sound of iron and the sound of drums
And in the days, oh to come —
The earth shall seethe and the clouds will bleed
And in the days, oh to come —
Will we be drowned in a sea of scum?
SOL INVICTUS “In Days To Come”

1.

Буря, огненная царская буря, разрывающая глиняную плоть пустоты и заполняющая её бессмысленно-лживую овечью никчемность живительной амброзией, древним выдержанным вересковым хмелем, обжигающим исцарапанные глотки иссохших облезлых костяков, всё ещё бродящих по истощённой, больше не дающей плодов, земле! Буря, что простирает свои пурпурно-багровые, с аристократическими чёрно-золотистыми смальтами сусальных мазков, крыла-плащаницы над задыхающимися в вое тоски и одиночества песками тяжкими, пекельными, ибо в аду перестали кривляться и хохотать, ибо в аду тают сугробы свинцовые, ибо в аду грянула весна нездешняя и распустились бутоны невиданных прежде цветов! Буря, буря, буря, кого ты утаила в родящем материнском чреве своём, где клокочут, содрогаются, неистовствуют в танце вихри-знаменосцы и леденяще бьют барабаны небесные? Что лицезришь ты там, вдали, в сочащемся лихорадочной болотной слизью, блудливом флоридском Карфагене, откуда наползает, хитро змеится, похотливая, изголодавшаяся тьма, чьи ублюдочные порождения, нахлобучившие на себя бездарно раскрашенные языческие личины, оскалили блестящие клыки, изготовившись к решающему броску? Ибо ныне настало то опьяняющее Время Откровения, когда Меченосцы Огненные, Дворяне Божьи, Отроки Солнечные, покинувшие строгие монастырские камни узилищ и тесные коридоры бункеров, служат Великую Литургию Гнева и Отмщения! И лики их торжественно сияют, а разомкнутые уста жарко и жадно шепчут новые исцеляющие молитвы!

Елена Чудинова: Крестовые походы — это прекрасно. Это были оборонительные походы за Гроб Господень

Интервью с Еленой Чудиновой, автором романа «Мечеть Парижской Богоматери»

— Ваши произведения вызывают немало протестов в мусульманской среде. Похоже, там Ваш основной читатель?

Елена Чудинова: Читают, конечно, обсуждают, но как, кроме ненависти, в этой среде могут относиться к человеку, который искренне полагает, что ислам изначально сложился как “субкультура бандформирования”? Я никого не оскорбляю, заметьте, я просто так думаю, а запретить мысль невозможно. На мой взгляд, также ислам представляет собой не религиозную, а политическую силу в современном мире.

— Не опасно ли провоцировать исламский гнев?

— Нет, меня защищает Господь. Я прежде всего христианка, хотя у меня достаточно сложная конфессиональная судьба — я всю жизнь разрываюсь между православием и католицизмом, который безумно люблю, хотя в данный момент окормляюсь в православном монастыре за рубежом. Но это не суть важно, важно то, что человек готов умереть за крест — я понимаю, что это звучит претенциозно, но мой друг — о. Даниил Сысоев — уже это сделал. Понимаете? Не в их руках эта нить, и не они в силах ее разрубить.

Я лично считаю, что я слишком грешна для того, чтобы Господь меня призвал умереть за веру. Вот будь я немного получше — как о. Даниил — как шансов бы прибавилось. Но да будет на все воля Господня. Я никого не боюсь.

— Этот роман — это ваша миссия, я так понимаю?

Туркополы – крещённые палестинские и сирийские тюрки-наёмники в эру Крестовых походов

Туркополы – конные лучники, традиционно нанимавшиеся за плату в войска христианских государств Восточного Средиземноморья во время крестовых походов. Достаточно интересно, что туркополы рассматривались мусульманами как ренегаты (которыми, в сущности, туркополы и являлись в отношении своих бывших единоверцев) и потому их не оставляли в живых, когда они попадали в плен к мусульманам. Это было лучшей гарантией верности их василевсам. Туркополы совсем не горели желанием быть выданными своим сородичам. В Византийской империи они, конечно же, как служивые должны были получать пронии.

Ромеи рекрутировали и туркополов из числа анатолийских турок и туркмен. Туркополы – это солдаты фортуны своего времени, для которых религиозная принадлежность нанимателя ничего не значила. Исторические хроники того времени описывают их как легковооружённых воинов. Стёганый акетон – наиболее вероятный тип доспехов. Само слово «акетон» происходит от арабского аль-кутун, стёганых сарацинских доспехов, сочетавших в себе лёгкость и достаточную прочность. Небольшой щит чаще всего украшался эмблемой соответствующего военно-монашеского ордена. Дополнительно туркопол мог вооружаться лёгкой пикой. Обычно туркополы держались во втором ряду и поддерживали действия рыцарей, составлявших основную ударную силу армии.

Первая встреча со служившими в византийской армии туркополами состоялась во время Первого крестового похода. Они являлись детьми от смешанных браков греческого и турецкого населения, и в большинстве своём сохраняли христианскую веру, но некоторые приняли ислам. Некоторые из них сопровождали крестоносцев, тем самым став ролевой моделью для лёгкой кавалерии в государствах крестоносцев. Многие из туркополов рекрутировались из христианизировавшихся сельджуков, или из сирийских православных христиан. В Святой земле эти воины имели более быстрых лошадей и лёгкое вооружение, чем рыцари, и традиционно, как и все тюрки, были вооружены луками и пиками для успешной борьбы с мобильными мусульманскими воинами.