Андрій Поцелуйко: Від землеробства до технологічної культури: порядок, мореплавство та інновації

Якщо спробувати зрозуміти, звідки в античному світі виникла особлива схильність до раціональної організації, геометрії та технічного перетворення навколишнього середовища, варто шукати її витоки не лише в розвитку науки. Глибші передумови лежали в матеріальному способі життя. Однією з найважливіших таких передумов було землеробство.

Землеробство стало своєрідною школою планування. На відміну від привласнювального господарства, воно вимагало постійної організації простору, часу, праці та запасів. Землю потрібно було розмежувати, воду — розподілити, посіви — спланувати, урожай — зібрати й зберегти, працю — організувати. Виникала необхідність рахувати, вимірювати, передбачати й контролювати. Саме тут можна побачити один із найдавніших матеріальних коренів раціонального ставлення до світу.

Поступово формується принцип, який згодом стане характерним для технологічної культури: те, що має певний порядок, можна виміряти, спланувати й організувати. Простір перестає бути просто природним середовищем і перетворюється на об'єкт людського впорядкування.

Проте сама по собі аграрна культура не обов'язково породжує швидкий технологічний прогрес. Її інноваційний цикл порівняно повільний: результат нового способу обробітку землі часто можна оцінити лише через сезон або навіть кілька років. Саме тут особливого значення набуває мореплавство.

Андрій Поцелуйко: Від захисту союзників до Pax Romana: еволюція ідеології античної гегемонії

Античний світ виробив кілька різних моделей політичної гегемонії, але їх об'єднувала одна важлива риса: панування над іншими народами далеко не завжди легітимувалося самим фактом військової переваги. Навпаки, сильні держави прагнули представити своє домінування як виконання певної вищої функції — захисту союзників, оборони свободи, визволення від тиранії або встановлення загального миру. У цьому сенсі між Афінами класичної доби та Римською імперією існує цікава ідейна спорідненість.

Афінська морська гегемонія виникла значною мірою як система колективної оборони. Після греко-перських воєн Афіни стали центром Делоського союзу, покликаного продовжувати боротьбу з перською загрозою та забезпечувати безпеку грецьких полісів. Отже, початкове виправдання афінського лідерства було не простим прагненням до панування, а необхідністю спільного захисту. Афіни мали флот, фінансові та організаційні можливості, яких не мали багато інших полісів, і тому могли претендувати на роль держави, яка забезпечує безпеку союзників.

У цьому полягає принципова відмінність між простою військовою експансією та гегемонією, що претендує на моральну легітимність. Гегемон говорить не лише: «ми сильніші», а: «наша сила потрібна для спільного блага». Саме тому афінська влада могла представлятися як захист союзників, а сама Афінська морська держава — як система, що забезпечує безпеку грецького світу.

Александр Рычков: Славяне в Греции

В рамках разговора про славян на Балканах стоит упомянуть и те народы и племена, которые исчезли со страниц истории ещё в Средневековье. Точнее про те из них, которые прошли дальше всех на юг, заполонили Македонию, Аттику и даже Пелопоннес, став на столетия головной болью для Византии. 

Первые заметные "ручейки" славянского переселения потекли на Балканы ещё в VI веке, когда по имперским землям прогулялась Юстинианова чума, примерно уполовинив местное население. Поначалу, вероятно, в Константинополе даже радовались: вот новые подданные взамен погибших от морового поветрия, будет кому землю пахать и налоги платить.

Понятное дело, сами славяне никакому императору и тем более его чиновникам ни податей, ни дани платить не желали. Зато регулярно безобразничали, устраивая набеги и грабежи, пиратствовали на море если везло - захватывали города, а если не могли оные захватить, но получалось осадить - сами требовали выкуп.

В 582 году славяне разграбили Афины, спустя 3 года захватили Коринф и начали продвижение на Пелопоннес. Хорошо укреплённым ещё во времена античности городам на побережье, как правило, получалось устоять. А вот внутренние районы полуострова подверглись тотальной деэллинизации. По некоторым данным, славяне к IX веку доминировали на 2/3 Пелопоннеса.

Александр Ерёменко: Блеск и нищета исторических параллелей

 

Проводятся параллели между событиями и деятелями истории Древней Греции и событиями идеятелями нынешней войны Украины с Россией. Показывается вероятностный характер этих параллелей. Раскрывается смысл некоторых уроков истории.

Сергій Чаплигін: Генеалогія Політичного

 Від форми життя до техніки управління.

Сучасна політика мислить себе як універсальну, раціональну й остаточну. 

Саме тому вона втратила пам’ять про власну умовність. Демократія подається як позаісторичний горизонт, свобода — як індивідуальна автономія, рівність — як антропологічна даність. 

Тому хотілося звернутися до походження самого Політичного, -  тих шарів смислу, які передують сучасним поняттям і які сьогодні майже повністю зникли з поля зору.

І саме «генеалогічний» підхід дозволяє побачити, що всі уявлення, якими оперує сучасна політика, є пізніми конструкціями, результатами конкретних історичних зламів, а не самозрозумілими істинами. 

Разом з тим генеалогія не шукає «витоків» у наївному сенсі й не вірить у лінійний прогрес. Вона ставить незручні запитання: як певні політичні форми виникли, за яких умов вони набули легітимності, і — головне — що було витіснене або знищене, аби ці форми стали можливими.

Звернення до давньої Греції не має на меті ані ідеалізацію Античності, ані ностальгію за минулим. Греція тут виступає  орієнтиром, яка дозволяє виявити радикальну інакшість первинного політичного досвіду. 

Адже грецька політика була не універсальною, а конкретною; не егалітарною, а диференційованою; не індивідуалістською, а спільнотною. Саме тому вона відкриває можливість критично поглянути на сучасну ліберальну ортодоксію не ззовні, а з глибини самої європейської традиції.

Для початку хотілося би показати, що політика колись була не механізмом управління, а формою життя; не технікою, а долею; не процедурою, а способом бути разом у світі. 

Едуард Юрченко: День незалежності Еллади

 25 Березня, в монастирі Свята Лавра , митрополит Герман благословив еллінських повстанців та прийняв їх присягу. Вперше прозвучало головне гасло національної революції "Елефтерія і Танатос" ( Воля або Смерть).

В жорстокій війні, за деякими оцінками, загинуло до половини еллінських воїнів. Безпрецедентними були й звірства окупантів проти мирного населення. Але з цього пекла народилась Нова Еллада, гідна спадкоємиця як Еллади Давньої, так і Ромейської імперії.

Сьогодні  братня Еллада послідовно продовжує підтримку боротьби українців. З перших днів війни ми отримали не тільки гуманітарну але й військову підтримку. 

Важливим моментом є те, що необільшовицький  геноцид розвязаний не тільки проти українців але й проти корінного народу України - приазовських еллінів-понтійців. Маленька Еллада, столицею якої є Маріуполь, перетворена в справжнє пекло путінськими катами.

Сьогодні ми розділяємо радість свята Свободи, так само, як розділяємо гіркоту втрат та мужність боротьби. 

Елефтерія і Танатос! Воля або Смерть!

Кипрская глиняная армия

 Кипрская глиняная армия (Κυπριακός πήλινος στρατός), состоящая из 2000 статуй из святилища  деревни Агия Ирини (Αγία Ειρήνη). 

Это археологическое сокровище было обнаружено шведской экспедицией, классифицировавшей эти статуэтки в кипрско-архаическую эпоху и являющейся огромной археологической находкой и исторической темой, так как собрания тысяч статуэток в месте поклонения нет нигде в мире, кроме захороненных воинов. 

В сокровищнице Кипра 2000 глиняных статуй, в основном с изображением мужчин и крупного рогатого скота, были помещены в качестве приношений по обету полукругом вокруг алтаря святилища. Мужские фигуры были одеты в военную одежду, но не были вооружены. Множество статуэток, множество колесниц, запряженных четверкой, с возницами и воинами в полном вооружении, несколько бронзовых статуэток, а также большое количество статуй в натуральную величину, расположенных широкими полукругами вокруг каменной ограды, представляют собой культурную ценность. 

Около двух третей уникальных археологических находок были перевезены в Швецию в 1931 году и сейчас составляют основу кипрских коллекций Стокгольмского музея Медельхавс. Около 12 000 из 18 000 мобильных находок были упакованы в 771 деревянный контейнер и перевезены по железной дороге из Никосии в Фамагусту, а оттуда на корабле в Швецию. В Швеции тоже есть все диагностические средства. На данный момент 1500 статуэток находятся в Швеции, а остальные 500 статуэток, которые остались в Никосии, являются одним из самых впечатляющих экспонатов Археологического музея столицы острова.

Едуард Юрченко: День Незалежності Еллади

25 Березня в монастирі Свята Лавра митрополит Герман благословив еллінських повстанців та прийняв їх присягу. Вперше прозвучало головне гасло національної революції "Елефтерія і Танатос" ("Воля або Смерть").

В жорстокій війні, за деякими оцінками, загинуло до половини еллінських воїнів. Безпрецедентними були й звірства окупантів проти мирного населення. 

Але з цього пекла народилась Нова Еллада, гідна спадкоємиця як Еллади Давньої, так і Ромейської імперії.

Сьогодні  братня Еллада послідовно продовжує підтримку боротьби українців. З перших днів війни ми отримали не тільки гуманітарну але й військову підтримку. 

Важливим моментом є те, що необільшовицький  геноцид розвязан не тільки проти українців але й проти корінного народу України, приазовських еллінів-понтійців. Маленька Еллада, столицею якої є Маріуполь, перетворена в справжнє пекло путинськими катами.

Сьогодні ми розділяємо радість свята Свободи, так само, як розділяємо гіркоту втрат та мужність боротьби. 

Елефтерія і Танатос! Воля або Смерть!

Boris Horev: Крит под властью мусульман

Арабы владели Критом два раза. И оба как-то странно... Первая арабократия началась в 20-ые годы девятого века (я думаю, в 824-ом, но есть и другие даты) и закончилась в 961-ом. По византийским источникам мы знаем только, что арабский Крит был пиратским гнездом, бичем христианского мира и крупным невольничьим рынком. По арабским - что Крит много торговал с Левантом и Египтом. Но вот интересная деталь: когда византийцы отбивали остров обратно, то, по сообщению Феодосия Диакона, с гор спустился какой-то ХРИСТИАНСКИЙ отряд, который ударил в тыл византийцам. В принципе, это может ни о чём и не говорить, но есть один момент - в следующий раз критяне спускались с гор (в основном с Белых) для того, чтобы сразиться с венецианцами, потом с турками, потом с фашистами. Всех трех они однозначно ненавидели. Так что арабов они, наверное, действительно ПОДДЕРЖИВАЛИ, а византийцев как минимум НЕ ЖДАЛИ. Ответ на вопрос ПОЧЕМУ может дать археология. Дело в том, что именно на арабов приходится беспрецедентный в истории острова прилив в местную экономику золота и серебра (в том числе и переплавляемых в местную монету) и высокий ритм урбанизации (тогда была построена нынешняя столица острова Ираклион, изначально Хандака, но в историю вошедшая как Кандия, где производились любимые в Англии кэнди; но главное - возобновлены десятки заброшенных при византийцах античных поселений, как приморских, так и в глубине). Плюс случился явный сдвиг в сельском хозяйстве - началось производство сахарного тростника и ДЕШЁВЫХ фруктов-овощей. Как они этого всего добились, понятно - ПИРАТСТВО обеспечило приток денег и рабов, а также трудоустройство критян, которые, как и жители других островов Эгейского моря, любили грабить торговые корабли. Немало важно и то, что среди арабских оккупантов процентов 60 или больше были андалусийцы (остальные - египтяне; кстати, есть мнение, что соотношение было обратным). Так что на Крит пришли вполне цивилизованные по тем временам люди, имевшие опыт управления многоконфессиональным обществом.

Второй раз арабы, в этот раз только египтяне, правили Критом в 1830-1840/41 годах. Если вкратце, то после всеобщего греческого восстания и обретения Элладой независимости британцы решили забрать Крит себе, но против этого выступили Россия и Франция. После долгих дипломатических игр было принято решение отдать Крит вассалу Оттоманской империи Египту. Таким образом, Крит не доставался Англии, формально не возвращался Турции, но в то же время и не злил не такую уж и слабую, как многие сейчас считают, Высокую Порту.

Алекс Доля: 13 сентября 1921 года – сражение при Сакарье

 13 сентября 1921 года – сражение при Сакарье, продлившееся 21 день, завершилось победой турецкой армии.

Битва при Сакарье — одно из основных сражений Малоазийского похода греческой армии, или войны за независимость Турции, состоявшееся с 23 августа по 13 сентября 1921 года к востоку от реки Сакарья, в непосредственной близости от Полатлы (сейчас — район турецкой столицы Анкары).

В сражении за Сакарью греческая армия потеряла убитыми 4000 и раненными 19000 рядовых, пропавшими без вести 376 человек. Турецкая армия потеряла убитвыми 3700 и раненными 18480 рядовых, пропавших без вести 8000 челлвек.

Для турок сражение при Сакарье — поворотный момент в становлении новой Турции, который отмечен, кроме прочего, памятниками по всей стране. 

Греки отмечают сражение как поворотный момент, прервавший наступательный порыв греческой армии и ставший прологом Малоазийской катастрофы, оборвавшей трёхтысячелетнюю греческую историю Малой Азии.

Борис Хорев: Что осталось от славян в Греции

 Начиная где-то со 180 г до н.э​ ​ Древняя Греция впала в глубочайший демографический кризис. Полибий (204 до н.э. — 122 до н.э.): “Повсюду в Греции видны признаки настолько резкого падения рождаемости и сокращения численности населения, что многие города полностью обезлюдели, обширные угодья заброшены. Ни войны, ни эпидемии здесь не при чем. Причина очевидна: от скаредности ли или от неуверенности в будущем, но люди отказываются производить на свет потомство в нужном количестве. В лучшем случае в семье один-два ребенка. Так и распространяется этот недуг прежде, чем его симптомы станут очевидны. Лекарство от него – в нас самих. Все, что нужно сделать, – это изменить наши моральные устои”. 

Страбон (63 до н.э. – 21 н.э.) описывал современную ему Грецию как “полностью обезлюдевшую землю; давно начавшееся сокращение численности населения неумолимо продолжается; в Афинах не осталось людей — одни статуи”. Плутарх (ок. 45 – ок. 127 н.э.):​ “...во всей Греции не наскрести и трех тысяч гоплитов".

 Из них вытекает, что те эллины, которые построили Парфенон на Акрополе, имели во II веке до н э по одному ребёнку. От себя добавлю, что они продолжали вести много войн и, соответственно, часто умирали-убивали.​ Поэтому где-то к 100-ому году нашей эры их численность кратно или даже многократно сократилась. 

На греческом побережье их​ заместило​ эллинизированное население всего​ Средиземноморья, с акцентом на восточную его часть. Но как заместило...

Греция была​ всеримскоимперским​ университетом​ и​ главным​ очагом пиратства (оба феномена сходятся в фигуре Цезаря, который там учился и там же был взят в заложники). Алчущие греческой мудрости ехали туда учиться (выписывали или покупали риторов, философов, поэтов только те, которым это всё нужно было для плюсика) и, будучи богатыми и привыкшими к роскоши, покупали там недвижимость —​ кто-то городские дома, кто-то виллы —​ и, естественно, перевозили много рабов. Но в любом случае, это не могло компенсировать потерю прежнего населения. Не могли это сделать и пираты, потому что не жили на одном месте постоянно, плюс тяготели к островам.

Конечно же, там были и другие переселенцы. Например, перевалку, морскую торговлю и валютные операции контролировали семиты из Сирии и Африки. Вместе с семьями, родственниками и рабами их, конечно же, было много. Но и они не могли восполнить гуманитарные потери. Потому что порты слабозаселенной страны по определению не могут быть большими и многолюдными.

Как происходило перезаселение внутренних районов и было ли оно вообще, точно никто не знает. Но обратите внимание на то, что​ 4/5 территории современной Греции - горы, где населения не может быть много.​ Т.е. по сути эта часть Греции, пусть и большая, не очень важна для демографов. А важно только побережье с портами и пиратскими гнездами. И долины с виллами "студентов".

Потом началось великое переселение народов. И без того немноголюдная Греция была опустошена несколькими волнами германцев (знаю про две, но уверен их было больше). Германцы там не оставались, потому что были слишком большими для узких греческих долин (напомню, германцы искали пахотную землю), к тому же они уже познали богатое и широкое Придунавье и искали что-то в этом духе.

В 540-ые годы свирепствовала ЮСТИНИАНОВА ЧУМА. Тут комментаровать нечего.

А как раз после неё в Грецию пришли славяне, которые ПОСЕЛИЛИСЬ НА ПУСТУЮЩИХ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЯХ! В городах они не селились, потому что ничего городского еще​ не умели. Поэтому, да, они жили в Византии, но как бы ПАРАЛЛЕЛЬНО ей. Они не платили налоги, не чинили дороги и мосты и не обеспечивали прогон (Юстиниан II ставил себе в заслугу, что смог прорваться через славян в Салоники). И НИ С КЕМ НЕ СМЕШИВАЛИСЬ. Итак, в 5-6 вв н.э славяне заселили всю территорию современной Греции, полностью вытеснив — по мнению не всех историков! — эллинов из сельской местности. Греческий язык и византийские традиции сохранились только в Афинах, Салониках и некоторых особенно хорошо укрепленных крепостях и кастронах (что-то типа наших острогов). 

Дальше Византия начала процесс реэллинизации.

Моя Эллада — Украина. Стихи, проза, публицистика. Сборник греческих литераторов

В коллективный сборник «Моя Эллада — Украина» вошли стихи, проза, публицистика литераторов-греков Приазовья, пишущих на греческом (румейском, урумском) языках, русском и украинском. В их произведениях — раздумья о своих истоках, о том дорогом, что связывает с прародиной Элладой, о сегодняшнем нелегком дне. О возрождении эллинизма во всем мире.

Олена Семенець: Історіософське підґрунтя і мистецький розвиток номінації Степова Еллада

Уривок з монографії: Семенець О. О. Синергетика поетичного слова. –  Кіровоград: Імекс ЛТД, 2004. –  С. 57-61

Розроблена митцем (Євгеном Маланюком, — ред.) теорія “геокультури” пов’язувала культурну еволюцію  автохтонного населення з географічним положенням України, її кліматом,  краєвидом. Найважливіший чинник становлення культури української нації  письменник убачав у належності здавна (з VІІІ ст. до народження Христа)  наших земель до чорноморсько-середземноморського культурного ареалу  античної Еллади. Успадкованими від Давньої Греції, на його думку, постають  такі риси національної української психіки, як панетизм і панестетизм (поняття  “калоскагатос”, естетика як критерій етики), людська індивідуальність в  осередку світогляду, “лагідна душевна мирність і мудра примиреність”, що  “майже виключала момент боротьби і мілітарної бойовости” [Маланюк 1992 а:  20].

У річищі концепції “геокультури” вмотивованою виступає номінація  рідної землі – Степова Еллада. Динаміка розвитку образу зумовлена  протиборством палких почуттів любові до Батьківщини та гніву супроти її  рабської покори, проти психічного комплексу “хутора” й “хуторянства”, що  його коріння Є. Маланюк бачить у старовинному еллінському “полісі”. Цю  динаміку віддзеркалює синтагматична взаємодія лексем: з одного боку,  соняшна Еллада, антично-ясна (137), з іншого – Чорна Еллада (213), Скитська  Еллада (167), Проклятий край, Елладо Степова (142).

Спорідненість української культури з давньогрецькою обґрунтовується  завдяки використанню засобів поетичної мови. Особлива роль належить  прийому метаморфози, при якій зазнають семантичних трансформацій назви  давньогрецького та слов’янського богів Сонця:

Південний бог в Твоїм сапфірнім морі
Знайшов нову купель.
І Геліос, що – ясність і число,
Ось став осліплим з ярості Дажбогом <…> (402), –

Алексей Лосев: Мировой образ Прометея

Лосев А. Проблема символа и реалистическое искусство
ГЛАВА VII . Историческая конкретность символа. Мировой образ Прометея

1. Социально-историческая обусловленность символа. В настоящей работе мы занимаемся по преимуществу теоретическим анализом понятия символа Однако едва ли требует доказательства, что все реальные символы существуют только в истории, все несут на себе отпечаток эпохи, классового или сословного происхождения, творчества отдельных писателей и даже характерных черт отдельных произведений. Доказывать эту истину в настоящей работе мы считаем излишним, ввиду ее очевидности для нас и ввиду непреложной необходимости социально-исторического анализа. История символа важна еще и потому, что она ясно обнаруживает всю невозможность чистой символики в ее отвлеченном виде и фактического смешения ее с теми многочисленными и родственными областями, о которых говорилось выше. Мы хотели бы только на одном примере показать эту социально-историческую обусловленность символа и его фактическую смешанность с другими литературно-художественными категориями. Мы здесь кратко остановимся на мировом образе Прометея как на символе прогрессирующей цивилизации, в самой общей форме указав на некоторые основные явления в этой области.
2. Прометей как всемирно-исторический символ цивилизации. Историки мифологического развития древности свидетельствуют о первобытном почитании огня как о символическом мифе всего положительного, что человек находил в природе и в обществе. Очевидно, Прометей здесь не больше как первобытный огненный фетиш, вполне стихийный и дочеловеческий.

Дух в Вавилоне и Греции

В вавилонской мифологии человек был создан из глины, замешанной на крови убитого бога-предателя Кингу, и поэтому содержал в себе божественный элемент, который назывался eṭemmū («дух, призрак») и, видимо, стоит в этимологическом родстве с кит. «тянь», шумерским «дингир», тюркским «тенгри» – «божество, дух первопредка». Эта часть человека продолжала существовать после его смерти в подземном мире как тень, проводя там время уныло и безрадостно.

У греков это - thumos, thymos «тхюмос», дух-призрак, тень умершего человека (в «Одиссее» – носитель воли, страстей и чаяний человека; аффективно-волевая часть духа, его осознание есть «мужество»; находится в груди, либо наполняет легкие (frenes), либо сердце (kardi); после смерти уничтожается – «рассеивается», ср. с др.-рус. «дым»; но в одном месте «Илиады» Нестор произносит: «Дух (тюмос) сокрушенный его погрузился в обитель Аида» (VII, 131)). Также, как и в вавилонской мифологии, в греческой мифологии человек был создан из крови / пепла титанов, замешанной на глине. Поэтому человеку присуще богоборчество, к которому его побуждает тхюмос титанов, но добродетелью считается держать его «в узде», используя только для мужественных поступков.

(с) Олег Гуцуляк

Сергій Тарадайко: Перевертаючи навпаки

Ніяк не зрозумію, Сократе, як ти щоразу ставиш розмову з ніг на голову.
Платон . Горгій (511, а)

Хоча це рідкісне явище й виникає дуже давно, біля двох з половиною тисяч років тому, – воно й понині ще залишається незвичайним і загадковим. Адже мова про філософію . Вивчаючи її, приміром, як учбову дисципліну, можна спершу просто вважати, що це один із багатьох інших предметів і навряд чи тут постане щось особливе. Та варто лише придивитись, і різниця стає помітною. Хоч яку взяти наукову дисципліну, ми відразу передчуваємо, про щó піде розмова. Математика, скажімо, це про числа і співвідношення, біологія – про живе. Зрозуміло, такі уявлення видаються дуже простими, проте саме на цій основі й побудоване наше мислення. Зовсім інша річ – філософія, бо питання: про щó вона, не може не спантеличити. Впродовж її існування тут ішлося про що завгодно: про сутність і про буття, про мову і про свідомість, і складалося таке враження, ніби справа не в особливому предметі, а в якомусь іншому баченні.
До речі, ця невизначеність у предметі дослідження, щиро кажучи, і створила філософію. Саме звідси пішло перше її прозріння. Щоб осмислити різноманітність (а найбільша різноманітність – це життя), слід уявити собі начало, з якого походило б геть усе. Саме так міркували перші філософи, називаючи це начало давньогрецьким словом archē. Більше того, відповідна будова думки, власне, й стала тією рисою, що характерна для філософії. Недаремно Гайдеґер каже: «Філософія запитує про archē»[1].

Гийом Фай: Археофутуризм

Отрывок из книги Гийома Фая «Археофутуризм»

Гийом Фай (Guillaume Faye) – современный мыслитель, ставший в последние  два десятилетия одним из главных интеллектуальных лидеров  революционно-консервативного движения в Европе. Автор нескольких книг по проблемам политологии и философии современности.  Наиболее известные из них: «Система убийства народов» (1981), «Упадок  Запада» (1984), «Новые идеологические ставки» (1985) и «Археофутуризм» (1998). В них мыслитель провозглашает: возврат архаических ценностей; возрождение  этнических и народных традиций; организацию культа и духовности с чётко  оформленной иерархией; разделение ролей между полами; культ предков,  обрядов и испытаний при посвящении; восстановление органических общин на  уровнях от семейной сферы до народа; престиж военного класса; открытое и  идеологически узаконенное неравенство общественного статуса;  пропорциональность обязанностей правам.
Из предисловия к книге Гийома Фая «Всемирный переворот: Эссе о новом  американском империализме», Москва, 2005 

Василина Семочко: Битва чемпионов

В 546 году до нашей эры недалеко от города Фирей, в долине с названием Кинурия сошлись два войска извечных соперников – Спарты и Аргоса. Когда-то Аргосу удалось победить Спарту и диктовать ей условия мира, но с тех пор прошло уже более ста лет, и спартанцы были полны решимости отомстить за то давнее поражение. Спартанцы не сомневались в своей победе. Войско Аргоса не уступало спартанцам по численности, но превосходство спартанцев в воинской выучке и дисциплине не вызывало сомнения. Но все же воины Аргоса готовы были сражаться за свою родину, в то время как спартанцы пришли на чужую землю.

Битва обещала быть упорной и кровопролитной. Тогда руководители Аргоса выдвинули предложение – пусть бьются 300 лучших воинов с каждой стороны. Битва должна была длиться до полного уничтожения противника, раненых с поля боя ни той, ни другой стороне выносить не разрешалось. Победители получают все. Спартанцы посчитали эти условия выгодными для себя – еще бы с малой кровью одержать победу в этой долгой изнурительной войне, ведь в победе своих воинов у них не было сомнений. Не учли они одного, 300 лучших воинов Аргоса, закаленные ветераны многих битв не уступали спартанцам ни в умении сражаться, ни в храбрости.

Жестокая битва длилась целый день. Раненных добивали безжалостно. Никто не просил пощады. К исходу дня осталось всего два воина. И оба были воинами Аргоса. Они ушли с поля битвы, уверенные в своей победе.