Олег Гуцуляк: Гаучо как рыцарь-нация

"Нация" это как раз не толпище, нация - это  это корпус соучастников общего дела, связанных присягой и правом на насилие. Нация - это политическое тело, где владение оружием является не просто правом, а обязанностью, подтверждающей статус свободного человека. Здесь «рогатина» превращается в «копье», а человек — в политическую единицу.

Толпище (Vulgus/Multitudo): это как раз «пребендарии» или «клиентелла», лишенная субъектности и воли к самообороне. Это биологическая масса, ориентированная на потребление и безопасность, делегирующая право на защиту «Левиафану». В такой структуре дубина в руках человека — это признак бунтаря или разбойника, но не воин.

Только свободнорожденный (natio libere) имеет право носить и применять оружие и, таким образом, из солдата с дубиной или рогатиной он превращается снова в рыцаря.

----

Об этом даже Доминго Фаустино Сармьенто («Цивилизация и варварство») писал, но там латиноамериканский вариант возрожденного шевалье - "злой гаучо". Гаучо как «Рыцарь Пустоты» - это человек, чья свобода абсолютна, потому что она ничем не ограничена, кроме его собственного мужества и остроты ножа (facón). «Злость» здесь — не моральная категория, а социальная дистанция. Это отказ быть «полезным» или «удобным» для толпища ("варварства"), он не поддается дрессировке. Трансформация в Шевалье: Как и средневековый рыцарь, гаучо существует в пространстве личной верности и личного вызова. Его оружие — это продолжение его тела, а его конь — залог его экстерриториальности.

Если у классического рыцарства Грааль — это внешний объект (чаша) и сакральный центр, то у гаучо этот «Грааль» интериоризирован. Это этос безупречного присутствия в нигде.

1. Перфекционизм Одиночества (Solitude as Ascesis)

Рыцарский поиск Грааля требовал чистоты помыслов. Для гаучо такой «чистотой» была абсолютная автономность. Его перфекционизм проявлялся в деталях, которые не имели практического смысла для выживания, но имели колоссальное значение для достоинства:

Эстетика снаряжения: Серебряные шпоры и чеканка на ноже (facón) в условиях нищеты — это не хвастовство, а манифест превосходства духа над обстоятельствами.

Ритуал «Пути»: Гаучо никогда не «заблудился», он всегда «находится в пути». Это бесконечный квест, где целью является само сохранение внутренней формы (вертикали) в горизонтальном ландшафте пампы.

2. Метасофическая этика «Пустого пространства»

Если Грааль — это полнота божественного присутствия, то для гаучо высшим этическим достижением была полнота ответственности перед своим Словом. В пампе нет судей, свидетелей или полиции. Единственный свидетель — это Бог или Пустота. «La Palabra» (Слово): Предательство собственного слова для гаучо было равносильно духовной смерти. Это и есть та самая высшая этика индивидуума: я держу закон не потому, что меня накажут, а потому что я и есть Закон в этой точке пространства.

3. Гаучо как «Аскет Саванны»

«Грааль» гаучо — это не ответ, найденный в конце пути, а сама способность выдерживать вопрошание бесконечной равнины, не превращаясь в «толпище». Его «злость» (о которой писал Сармьенто) — это форма священного гнева (furor) против любого упрощения человеческой природы. Он перфекционист в своей дистанции от мира. Если рыцарь охраняет замок или святыню, то гаучо охраняет границу своей суверенности.

4. Трагедия и Метафизика

Как и поиск Грааля, путь гаучо часто заканчивался трагически. В литературе (например, у Борхеса или в «Мартине Фьерро») гаучо часто идет на смерть сознательно, просто чтобы подтвердить свою верность этому внутреннему этосу. Это этика финала: важно не то, сколько ты прожил, а то, остался ли ты «рыцарем» в момент столкновения с неизбежным.

Он живет в хаосе (нижний мир, пампа), но несет в себе структуру высшего мира (честь, этос). 

----

Если перенести эту логику в современную эпоху», то:

Толпище — это те, кто пассивно потребляет алгоритмическую выдачу, чье «оружие» (интеллект и критическое мышление) атрофировано за ненадобностью.

Нация (Knight) — это те, кто сохраняет «право на меч» в информационном пространстве. Это люди, способные на автономное действие и создание собственных смысловых иерархий там, где остальные видят лишь хаос.

Свободнорожденный сегодня — это тот, кто не боится быть «злым гаучо» в мире тотальной информационной вежливости и усредненности.

Кирилл Серебренитский: Аксиологическая значимость наполеоники

Цивилизация шевальри (этос Грааля) начала рушиться, когда Рыцаря оттеснил Солдат. 

Наполеоновское десятилетие премье-ампир каким-то непостижимым волшебством, - (алхимической волей одного человека, артиллерийского лейтенанта), - приостановило разрушение, превратив Солдата в Рыцаря. 

Новое шевальри, - оксидентальная кавалерийская элитарная корпорация,  - продержалось менее столетия: хрупкий гусарско-кирасирский конструкт за какие-то тридцать лет (до 1914) рухнул под ударами новейших изобретений: это - всеобщий воинский призыв. 

Рыцаря-Солдата сменил, на этот раз, - Призывник, срочник, мужик в шинели: не индивидуум, но антропомасса, то есть  нечто, совершенно несовместимое с рыцарской трансцендентной идентичностью. (Следует отметить, что технология тотальной мобилизации также восходит к наполеоновской конскрипции 1813 - 1814). 

Всеобщий призыв породил Мировую войну, тотальные мобилизации,  фронтально-окопную тактику, технологии массового уничтожения, и далее - крушение двухтысячелетнего цезарианско-граалического мироустройства, и далее - эгалитарно-тоталитарные идеократии, ведущие к до-цивилизационному началу времён, к какистократии, о которой стыдливо старалась забыть уже ранняя Эллада. 

(Худший случай - это мелвилловский корабль "Иеровоам": маниократия, то есть власть безумных в прямом смысле, психопатов, живущих в собственной, герметичной, и чаще всего достаточно жуткой, реальности; на то, что подобная вероятность ширится и близится, - слишком многое указывает). 

Тем не менее: аксиологическая значимость наполеоники - это доказанное знание того, что индивидуум, в определённых условиях, способен развернуть и перенаправить глобальные социальные процессы. Собственно, это и есть парадигма шевальри (св. Грааля).

Кирилл Серебренитский: Наполеоновская Литва

Наполеоновская Литва, 1812 года: сложная, хрупкая конструкция, - несомненно, наследие и продление Великого Княжества, уничтоженного за восемнадцать лет до того, и прелюдия Королевства, которое возникнет через сто пять лет. При этом - ни то, ни другое; самодовлеющая, хотя и не устоявшееся, не успевшее окрепнуть, государственность, которая продержалась ровно полгода: от указа Наполеона от 1 июля 1812 года - до отступления последних отрядов Великой Армии из Шавлинского повета, в январе 1813 года.

Затем ещё один всплеск, - попытка прорыва этого странного в осязаемую политическую реальность: в мае-июле 1831 года. Это правительство захватило Жемайтию и продержалось там месяц:  после серии поражений, 13 июля князь  остатки регулярных войск (2я дивизия Королевства Польского) отступили в Пруссию. Партизанские отряды действовали в Литве до октября, или даже до начала ноября 1831 года.

Территория: современная Литва, больше современной Беларуси, небольшие отрезы современных Латвии и России. 

** 1794 - 1812 и 1813 - 1831 - через восемнадцать лет, затем снова через восемнадцать;

далее порыв ослабел, следующий стук из небытия, шевелящаяся могила, трещины по саркофагу - через тридцать два года (почти два раза по восемнадцать); потом - через пятьдесят четыре года (трижды восемнадцать лет).

***

Княжество Литовское, или, точнее - Герцогство Литовское, - duché de Lituanie: именно так именовал это государство Наполеон.

Параллельное Великое Княжество Литовское (Magnus Ducatus Lithuaniae) - тоже не совершенно исчезло, а просто сжалось до нескольких имён в российском Большом Государевом титуле: в 1796 году (надо бы уточнить точную дату?) Павел I втянул в свой титул - новые коронованные топонимы: Великий Князь Литовский, Волынский и Подольский, Князь Жмудский, Великий Князь Полоцкий, Витебский и Мстиславский. То есть: в 1812 году трон Литвы де-юре не пустовал; его занимал Александр I Всероссийский. (Собственно, Александр II Литовский, до него уже был великий князь Александр Ягеллон, 1492 - 1506).

Тем не менее, государственность была уничтожена: 30 октября 1794 года, по именному Указу императрицы Екатерины II, (которая подчёркнуто не приняла титула) было учреждено Литовское генерал-губернаторство; с 1801 года (по указу от 1 сентября) оно было разделено на две губернии: Литовско-Виленская и Литовско-Гродненская.

***

Война началась именно в Литве. На четвёртый день войны, 28 (16) июня, - в Вильно вступили полки Великой Армии (в авангарде - 8ой уланский полк Княжества Варшавского, командир - полковник князь Доминик Радзивилл, из знаменитого литовского рода).

1 июля (19 июня) 1812 года император Наполеон подписал декрет о воссоздании Княжества Литовского. В тот же день, опять же по приказу Наполеона, возникло правительство: Комиссия Временного Правительства (Komisji Rzadu Tymczasowego Wielkiego Ksiestwa Litewskiego).

26 (14) июня в Кафедральном соборе в Вильно было торжественно провозглашено присоединение Княжества Литовского к Генеральной Конфедерации Королевства Польского.

При этом Королевства, собственно, ещё не было; Конфедерация - это был как бы проект, утверждённый в Варшаве (в Княжестве Варшавском), в ожидании окончательно резолюции Наполеона.

***

Трон Княжества оставался вакантным.

Разумеется, - это обсуждалось и в Вильно, и в Варшаве, и в Париже, и в Петербурге.

Кирилл Серебренитский: Графское происхождение Наполеона Бонапарта

... Предки Наполеона со стороны матери - Рамолино ди Колл'Альто, - генуэзский род; не слишком влиятельный, не хрестоматийно-исторический, но - легендарно древний. По преданию, в Х веке Эриберто Рамолино, владетельный граф ди Колл'Альто, прибыл в Геную из Венеции.

В феврале 1779го, при устройстве сыновей в военную школу в Отене, Карло Мария де Бонапарте, отец Наполеона, инициировал  во Франции процесс доказательства дворянского происхождения. Это ему вполне удалось. 10 марта 1779го Карло ди Буонапарте принял Король Франции. Это был символический акт, который окончательно удостоверил принадлежность рода к древнему дворянству.

15 марта Карло де Буонапарте представил в Королевскую Герольдию изображение и описание фамильного герба: «Желтая графская корона над щитом, украшенным двумя голубыми полосами и двумя синими звездами, с буквами В. Р. (Bona Parte) на розовом фоне».

В геральдике бывает много нелепостей, но не бывает случайностей. Графская корона, несомненно, высвечивала амбиции отца Императора: он, скорее всего, предполагал, используя крепнущие во Франции связи, - утвердиться в титуле графа. Возможно, Карло надеялся добиться титула не для себя, а для старшего сына. – притянув каким-то образом полузабытый титул семейства Рамолино, - «граф де Колл-Альто».

Бабушка Императора, - Angela Maria, урождённая Pietra-Santa, судя по некоторым сообщениям, была из рода так называемых горных корсиканцев, автохтонов Корсики. Горные корсиканцы – народ, собственно, исчезающий уже во времена родлителей Наполеона. Это, по разным версиям, потомки то ли семитов-финикийцев, то ли античных эллинов, то ли берберов, то ли ветвь древнего народа шардана (сардос), аборигенов Сардинии.

Звернення Наполеона до армії 22 червня 1812 року

Звернення Наполеона до армії 22 червня 1812 року:

Солдати! Друга польська війна почалася. Перша закінчилася у Фрідланді та у Тільзіті. У Тільзіті Росія заприсяглася бути у вічному союзі з Францією та у війні з Англією; нині вона порушує свої клятви! Вона не хоче дати жодного пояснення в дивних своїх вчинках, поки французькі орли не відійдуть за Рейн і тим не залишать своїх союзників на її свавілля.

Росія захоплена роком. Доля її має відбутися. 

Чи не думає вона, що ми переродились? Чи ми вже не солдати Аустерліца? Вона виставляє нас між безчестям і війною. Вибір може бути сумнівний. Йдемо вперед, перейдемо Німан, внесемо війну до її меж.

Друга польська війна буде для французької зброї такою ж славною, як і перша; але мир, який ми укладемо, принесе з собою й запоруку за себе і покладе край згубному впливу Росії, який вона протягом п'ятдесяти років накладала на справи Європи.

У нашій імператорській квартирі,

у Вилковишках, 22 червня 1812 р.

Наполеон

Никита Редько: La Ligue Bonapartiste Orientale / Восточная Бонапартистская Лига

Бонапарт сказал в ноябре 1799 года: «(Французская) Революция закончилась, но давайте сохраним то хорошее, что было в Революции». Так он и сделал. Его племянник Наполеон III ввел социальные аспекты бонапартизма во многие новые законы (точно так же, как его отец король Людовик Наполеон I) сделал это в Голландии.

Можно вспомнить слова принца Виктора Наполеона, умершего в 1926 году и бывшего отцом принца Луи Наполеона Бонапарта (дедушкой принца Жана-Кристофа Наполеона). Журналист спросил его в 1922 году, какова программа бонапартистов. Принц Виктор ответил ему: «Le bonapartisme est tout un program». Другими словами, бонапартизм не нуждается в программе. Бонапартизм – сам по себе является программой. Действительно, бонапартизму как политическому, культурному и историческому явлению не нужны 500 страниц. Бонапартизм есть воля и сила народа. Наполеон I и Наполеон III указали нам верный путь. Бонапартизм не устарел, потому что приспособился к нашему новому времени со всеми его коллизиями и достижениями.

Все в мире знают Наполеона I. Он был самодостаточным человеком, принесшим людям личную свободу, славу и благополучие. Не только французам, но и большинству народов западных стран. Жителям Азии, Америки и Африки он также оставил свое наследие, не столь очевидное на первый взгляд. Оно заключается, прежде всего, в стремлении изменить жизнь человека к лучшему в соответствии со всеми прогрессивными тенденциями и веяниями. В стремлении дать человечеству шанс избежать самых непоправимых трагедий, связанных с кровопролитными войнами, драматическими кризисами и трагическими волнениями. Кроме того, нельзя не упомянуть о духе искателей приключений, который двигал всеми первооткрывателями новых территорий, в частности азиатских земель. Известно, как этот дух стремления к неизведанному был присущ самому Наполеону.

Восточная Бонапартистская Лига – объединение свободных бонапартистов из Казахстана, Украины, Беларуси, России и Израиля, созданное на основе Бонапартистской Лиги.

Бонапартистская Лига была создана в марте 2010 года. Восточная Бонапартистская Лига - свободное международное объединение консерваторов, для которых изначальным ориентиром является Император Наполеон I. Учредители Бонапартистской Лиги - ко-президенты: Себастьен Фужер (Франция) и Берт де Йонг (Нидерланды).

С ноября 2010 при содействии движения национал-солидаристов Восточная Фаланга (штаб-квартира - г. Ивано-Франковск, Украина) и научно-исследовательской организации Восточный Бонапартистский Комитет (штаб-квартира - Москва. Россия) было создано автономное формирование бонапартистов в странах срединной Евразии (Россия, Казахстан, Украина, Беларусь, Болгария). 31 октября 2012 года восточная группа вошла в состав Бонапартистской Лиги и приняла наименование - Восточная Бонапартистская Лига.

Длительное время деятельность Восточной Бонапартистской Лиги была фактически приостановлена. Но некоторые отголоски деятельности давали знать о том, что организация не почила в бозе, и продолжила существование в таком аморфном состоянии.

17 мая 2015 года были обозначены основные постулаты Восточной Бонапартистской Лиги:

Мы не являемся политической партией и отказываемся от привычной палитры политических терминов.

Мы — апологеты возвращения в наполеоновский мир, — до-марксистский и до-ленинский.

То есть — мир вне-классовый, вне-партийный, мир без глобализации и идеократии.

Мы не призываем вернуться в старину, украшенную именами и регалиями двухсотлетней давности.

Наоборот — мы хотим вернуть миру мужественную молодость, которую олицетворяет собой тридцатилетний Первый Консул Бонапарт, он же — тридцатипятилетний Император Наполеон.

Наша идеология — это ожесточённое сопротивление идеологиям.

Мы не намерены писать в кабинетах новые фантасмагорические программы для наций, континентов и всей планеты.

Мы всего лишь намерены содействовать охране естественных процессов развития.

Если нужно назвать имена, на которые мы опираемся, то это — те, кто воспитал современность:

Жюль Верн (когнитивная технократическая революция).

Александр Дюма-отец (этика индивидуальной чести и осознанной верности).

Артур Конан-Дойл (защита закона и правопорядка — как обетное служение крестоносца).

Изначальный импульс Восточной Бонапартистской Лиги — Наполеон, который принял имя Али в Египте, неуклонно стремился в Индию, освобождал Сирию, заключил равноправный союз с Ираном, готовился отправить французских солдат в Среднюю Азию, и незадолго до смерти расспрашивал про Китай и Тибет.

Нашими непосредственными историческими предшественниками мы считаем российское Белое движение, которое опиралось на регионы Азии.

27 апреля 2022 года Восточная Бонапартистская Лига обрела второе дыхание и приняла решение о возвращении к деятельности в связи с началом полномасштабной российской агрессии против Украины, потребовавшей концентрации всего бонапартистского движения.

Руководством было принято решение внести коррективы в основные постулаты и обозначить основные цели и задачи Восточной Бонапартистской Лиги. Особое внимание было решено уделить политической окраске реформируемого объединения.

Восточная Бонапартистская Лига изучает и продвигает историческое, культурное и политическое наследие обширной наполеоновской эпохи и двух французских империй, наполеоновских войн и походов, которые могли повлиять на будущее развитие не только Европы и Азии, но и всего мира.

Помимо всем известных завоеваний и нововведений в области государства и права, а также военного искусства, промышленности, градостроительства, культуры и пр., наполеоновское наследие включает в себя целый ряд осуществленных и неосуществленных проектов и планов, которые прямо или косвенно отражались на судьбах целых континентов, стран и народов.

Восстанавливая народы в их естественных правах, являясь стимулом утверждения утраченных естественных прав, император Наполеон I, к которому прежде всего апеллирует наша организация, не только перекраивал карту Европы, но и, сам того не подозревая, осуществлял проекцию своих европейских завоеваний и достижений на страны азиатского континента. Все страны Азии, так и ли иначе, испытали на себе влияние наполеоновской эпохи.

Восточная Бонапартистская Лига стремится к объединению свободных бонапартистов на основе их стремления к применению на практике наполеоновских принципов, направленных на противостояние любому произволу и насилию, соблюдение законности и права, формирование институтов гражданского общества.

Восточная Бонапартистская Лига выступает с решительной критикой любых автократических, клептократических и олигархических режимов, направленных на ущемление прав народов на суверенитет, самоопределение и демократическую форму государственного устройства.

Восточная Бонапартистская Лига призывает всех бонапартистов сплотиться под знаменем прогрессивных наполеоновских веяний, которые не устарели и не потеряли свою актуальность вплоть до настоящего времени.

Восточная Бонапартистская Лига не является политической партией, но при первой же удобной возможности готова трансформироваться в реальное политическое движение, способное составить существенную конкуренцию современным политическим организациям и сообществам, не отвечающим нашим принципам.

Восточная Бонапартистская Лига всегда готова к налаживанию взаимосвязей и взаимодействию с другими общественно-политическими объединениями родственными ей по духу и по направлению.

Угрозы современному миру, связанные с кризисом международных политических организаций и институтов, снижением требований к политическому лидерству и руководству, глобализацией на фоне пробуждения национальных и региональных движений, требуют все новых и новых ответов и решений. Опираясь на богатое бонапартистское наследие, Восточная Бонапартистская Лига предлагает и формирует свои предложения, направленные на нейтрализацию этих угроз.

Реализация программы осуществляется активом Восточной Бонапартистской Лиги посредством выпуска обращений, прокламаций и призывов, направленных на консолидацию бонапартистского сообщества и укрепления бонапартистского лобби в государствах Восточной Европы и Азии.

23.09.2023

Кирилл Серебренитский: Жозефиниты - европейская королевская династия

Вдруг мне подумалось: наряду с бонапартизмом - есть же ещё параллельное явление, - если присмотреться по-шерлок-холмсовски, дедуктивно, - то есть вполне можно выявить и высветить, и более того - оно отчётливо прослеживается и сейчас: жозефинизм - процесс, который породила Жозефина, императрица французов и королева Италии. 

***

... - А я по радио сейчас твоего Наполеона слушаю, - мама позавчера сообщила, по телефону. Его письма к Жозефине. Тааак интересно там у них всё было, так он переживал, такие страсти. У меня слёзы на глазах.  Оказывается, Жозефина его на шесть  старше, ты знал? 

 Прослезить мою маму не столь сложно. В годы перестройки и гласности мама рыдала в голос, когда на экране кто-то хватал и куда-то тащил рабыню Изауру, а в уперестроенные и оглашенные годы - горько плакала из-за того, что хватали и тащили Простомарию).  Наполеон для моей мамы - это, во-первых, тортик, который она сама неплохо сделает при желании; во-вторых, тёмная бутылка, которую папа как-то горделиво, как добытое в сражении вражеское знамя, привёз из Вильнюса или Каунаса в 1980 году; в-третьих, - тот, в треуголке, эпизодический персонаж из "Войны и мира",  о котором Кирилл когда-то рассуждал с экрана, ещё на самарских каналах. ... И вот теперь - плоский Наполеон ожил и зашевелился, обрёл некую подвижную трёхмерность - не своими сражениями, а - только посредством Жозефины. Для моей мамы жозефинистский, слегка, но пряно эротизированный эпос - несравненно острее, проникновеннее, действеннее, - чем эпос наполеоновский, облечённый в какие-то давно истлевшие мундиры  

*** 

И вот я  вытащил с полки "Жозефину", Флейшмана, (Москва, 2017), пролистнул. 

Именно эту книжку читают по радио. Просто потому, что другой "Жозефины" на русском нет. 

Эта книжка - очередной, столетней давности, репринт, которыми росийские издательства почему-то уже лет двадцать заваливают исторические пустоты русской наполеоники, - не заполняют, а маскируют. 

Гектор Флейшман умер в 1913 году; бельгийский беллетрист, драматург, журналист, фельетонист; а историк - так, заодно, кстати. Самая его известная книжка - "Женщины Наполеона". 

По-журналистски сжатая, - торопливая, вприпрыжку, - флейшманова биография императрицы Жозефины - это не более, чем жизнеописание женщины, глазами либерального, но брутального интеллектуала 1890х: притом - весьма сердитое жизнеописание.  

На протяжении ста тридцати страниц этот  фламандец строго отчитывает Жозефину - как серьёзный мужчина, ревнитель морали и семейных ценностей. 

 "... Разумеется, в той участи, которая постигла Францию, виновата не только Жозефина. Однако и её доля вины велика".

*** 

... Осознавала ли себя Жозефина  политическим деятелем и идеологом - это вообще не важно; главное - императрица таким деятелем, несомненно, была, и свою миссию - всеми силами воплощала, достаточно решительно и последовательно, - это из этого же текста Флейшмана легко усмотреть.   

Они - разные, не одно целое, а только политические союзники: 

Наполеон - император, с грохотом прорвавшийся из Республики; 

Жозефина - императрица, грациозно проскользнувшая из Королевства. 

Андрій Бондар: А все тому, що Наполеон обрав ідіотський, як сама історія, маршрут для свого походу...

Постійно згадую похід Наполеона на москву і, зокрема, маршрут цього походу, і все більше переконуюся в тому, яким йолопом був великий корсиканець.



Навіщо він узагалі пішов на ту москву? Та й ще через Білорусь! Вистачило йому взяти південніше і захопити Україну, вийти до Чорного моря і Криму. Думаєте, сильно би опирались українці Наполеонові? Ні, пішов палити москву. Навіщо? Що це принесло, крім краху? Дерев’яні сараї попалив. І додав імперії wiatru w żagle. 



Всі прогресивні ідеї Наполеона потьмяніли після цього. Пішло російське гівно по європейських трубах. Так із культурної колонії Франції росія перетворилася на жандарма Європи – і ноги на стіл. Слиш, мамзєль, по-биріку нам бріошей організуй. І водкі, водкі! Ну, бо вєдь нєдаром москва, спальонная пожаром, французу отдана. Нєдаром, авжеж. Тільки сьогодні українці бородинський хліб перейменували у фінський, бо нарешті почали поважати тих, хто дав росії тягла.



Юзеф Лободовський лаконічно описав росіян словами свого героя як «людей, нездатних на повагу до краси цього світу – їм тільки чвари і кривава колотнеча в головах». Антитезою європейської ідеї свободи була порожня оболонка з пикою вічного хама всередині, якого згодом намагалися одягнути в шати високодуховности російська література та релігійна філософія. А етика росіян з їхньою естетикою вкладається в образ вкраденої пральної машинки «Indesit». Насправді це не побутова техніка, а даний нам у відчуттях образ вічного повернення і насильства заради насильства. Крадена пралька божевільно й абсурдно крутиться без проточної води і завжди залишає засрані лахи засраними. От і вся їхня естетика з етикою: порубати на дрова вишневий сад і поставити там дерев’яний нужник або православну церкву з «луковками», позбавлену художнього смаку.

Таке враження, що наслідки Наполеонової поразки відчуваються й досі. Вся сьогоднішня русофілія старих європейців – а особливо і зокрема французів – має коріння в цій поразці. Раздаюцца тари-бари, к нам прієхалі ґусари. А всього лише варто було відвоювати в пушкіністів (хоч пушкіну тоді лише тринадцятий минало) Річ Посполиту до самого Чорного моря і відновити польську корону, додавши до неї українців. Ще «дріжджі» були відповідні. Маґдебурзьке право, феодальна демократія, козацькі вольності – все було ще дуже недавнім, практично старосвітським. Навіть у раннього Гоголя воно ще було цілком собі свіжим, хоч уже й мітологізованим і романтизованим до чортиків, бо епоха тоді була така. 

Якби Наполеон пішов в Україну, ми би запустили процеси націєтворення набагато швидше, а так збирали ціле ХІХ століття фольклор і оплакували Козаччину. Єдине, що по-справжньому виправдовує наше існування у ХІХ столітті – це геній Шевченка. І «Весна Народів» нас не зачепила (крім підавстрійських галичан), і потрапили ми в м’ясорубку русифікації та імперської реакції, і втратили на всіх можливих російських фронтах силу-силенну молодих і здорових чоловіків (єрмоловщина, скобєлєвщина, які, до речі, процвітають і сьогодні – баби-єщьо-нарожают придумали давно і це не маршал жуков), і вбивалися на панщині, а потім на цукроварнях і рученьки терпнуть, злипаються віченьки… 

Микола Джеря, Чіпка Варениченко, герої Тесленка і Васильченка – «пропаща сила» з вусами «плач України», яку постійно мучать і визискують, могла породити лише народництво, а підчепити – лише соціял-демократію, що виявилися безсилими перед експансією російського імпершовінізму під прапором «світової революції» і, відповідно, перед пасіонарно-радикальною формою соціял-демократії ж у вигляді російського більшовизму. 

І прийшли ми до своїх Перших Визвольних змагань з тифозного бараку імперії розгубленими, апатичними і дезорієнтованими, щоби знову в нього зайти. Але вже набагато дорожче. 

А все тому, що Наполеон обрав ідіотський, як сама історія, маршрут для свого походу.

Владимир Емельянов: Дары Наполеона мировой культуре

200 лет как умер Наполеон Бонапарт. 

И смешно вспоминать о нем только в контексте вторжения в Россию. Значение Наполеона всемирно-историческое. Он буквально обновил разум всего человечества. Наполеон стал инициатором инженерного образования и наук о древнем Востоке, он был автором идеи тоннеля под Ла-Маншем, при нем образовано новое законодательство. 

Наполеону помешали чрезмерные амбиции. Но тогда бы он не был самим собой, то есть, не стал бы именем нарицательным. Наполеон очень похож еще на двоих героев человечества - на Гильгамеша и на Александра Македонского. Их успехи и поиски стали успехами и поисками всей цивилизации. Их чрезмерные амбиции были осуждены и осмеяны христианскими авторами. Несмотря на такое двойственное восприятие, любовь к ним не пройдет никогда. 

Кутузов перехитрил Наполеона, и в этом наше счастье. Но ни Кутузов, ни Барклай, ни Багратион, ни Денис Давыдов никогда не смогут встать на одну ступень с Наполеоном. Это хорошо понимали все романтические поэты Европы. Наполеон был для них источником не только вдохновения, но и образа мыслей. Без него не были бы возможны ни Чайльд-Гарольд, ни Прометей Шелли, ни Онегин с Ленским, ни Печорин с Грушницким. Германн, Чичиков и капитан Копейкин имеют профили Наполеона, с Наполеоном хочет сравниться Раскольников. 

Но именно Раскольников становится уксусом романтизма, в эпоху промышленного капитализма наполеоны превращаются в обыкновенных маньяков и убийц. А потом наполеонами становятся просто сумасшедшие. Так романтический образ изживает себя. 

Остаются Политехнический институт, египтология, Кодекс, стиль ампир и тоннель, связующий Британию с континентом. Остается его предостережение - не воевать в России, но не пускать русских в Европу. Дары Наполеона мировой культуре.

Лион Левинсон: 200 лет со дня смерти великого прометеиста

 Сегодня, 5.05. 2021 г., ровно 200 лет со дня смерти великого корсиканца. 

Ни чья история лучше не показывает, что даже наигениальнейшая личность не может сопротивляться экономическим, этнографическим и прочим глобальным факторам. 

В его век уже невозможно было строить империи, тем более в сердце Европы. И недоразвитая страна одной варварской силой оружия (даже при постоянных победах гениального полководца!) не имела ровно никаких шансов против флагмана экономики и технологий - Англии.

Его бой был боем человека против судьбы.

Он был обречён. Но не сложил оружия.  

Каково это - сражаться против стихии, против времени, мировых правил, судьбы?

Мы не судьбы, мы - люди. Подчас ведущие тот же бой... Наполеон - один из нас. 

Мир праху, брат...

Никита Редько: Наполеон в современной живописи. Введение

Данное исследование не претендует на полноту и на энциклопедичность в освещении этой стороны современного искусства.

Но оно попытается сделать некий срез современного изобразительного искусства в той области, которая касается не просто наполеоновской темы, а изображений самого Наполеона, или наполеоновских образов. Эта область современного искусства действительно настолько многогранна и разнообразна благодаря обилию творческих решений и технических находок в подаче художественного материала, что она заслуживает отдельного исследования.

Преимущественно акцент в исследовании сделан не на искусствоведческий анализ, а на подачу исторического материала, используемого авторами в работе над своими произведениями искусства. Несмотря на то, что далеко не все авторы, которые изображают Наполеона, касаются непосредственно исторической темы. Но таким образом, на основании этого небольшого собрания работ разных авторов делается попытка взглянуть на их произведения с помощью исторических событий и фактов, которые имеют непосредственное отношение к Наполеону и периоду его правления, взлета и падения.


За точку отсчета современного искусства берем 50-е годы XX века и приступаем...

Приглашам к подробному знакомству с нашим проектом "Наполеон в современном искусстве" https://napoleon-in-painting.blogspot.com