Можно выделить
две революции – прогрессисткую и консервативную.Прогрессисткая революция ориентирована на линейное движение, при котором каждый этап отрицает предшествующий. Она предполагает тотальное отрицание. При этом, «линейная» революция устремлена в некое «окончательное» Будущее, в котором будет достигнут некий «земной абсолют».
На самом деле череда всех линейных революций накапливает инверсивность и нигилизм. И это накопление чревато неким непредставимым, по разрушительной мощи, выбросом небытийных энергий. Предполагается не просто социальное, но именно онтологическое изменение реальности. Ожидается, что субъектность исчезнет и уступит место объектности. За это и выступает К. Шваб (см. ссылку в начале.
Второй (на самом деле, главный) тип революции – консервативный. Консервативная революция ориентирована на циклическое, круговое движение. Она предлагает возрождение Настоящего (Подлинного) в новых формах. Показательно, что в русском языке слово «Настоящее» означает как состояние подлинности, так и одно из времён (наряду с Прошлым и Будущем). Однако, Настоящее слабоуловимо для рацио. Как только нечто случается, как бы приходя из Будущего, то оно становится (для сознания) чем-то уже прошедшим, то есть - Прошлым. Вообще, Будущее и Прошлое, в некотором смысле, небытийны. Будущее – это то, чего ещё нет, Прошлое – то, чего уже нет. При этом, Прошлое более бытийно, ибо оно всё-таки имело место быть. (Показательно, что Анти-Система ориентирована именно на Будущее, как и все прогрессисткие революции).
Настоящее превышает как Будущее, так и Прошлое. Оно в высшей степени бытийно (подлинно), поэтому и почти неуловимо для рационального сознания. Консервативная революция ориентирована именно на Настоящее, которое оно и воз-рождает в процессе кругового движения. Сам процесс «запущен» не людьми, но люди могут ему соответствовать.
И здесь важно обратить внимание на этимологию. Юлиус Эвола пишет: «Странная судьба слов: «революция»… происходит от re-volvere, субстантива, который выражает движение, возвращающее к началу, к корням. Поэтому для победы над современным миром именно из этого начала и следует черпать «революционную» и «обновляющую» силу… В древности идеи были ясны: для обозначения подрывных силы в латыни использовали не слово revolutio (которое как мы говорили ранее имело совершенно иной смысл), но другие понятия, такие как seditio, eversio, civilis perturbatio, rerum publicarum commutatio (подрыв, возмущения, гражданские волнения) и п.д.». Поразительнейшим образом консервативно и русское слово «вос-стание», которое тесно связано со словом «вос-становление».
Получается, что революционеры-прогрессисты не соответствуют изначальному смыслу революции. Они его искажают и даже пародируют, что характерно именно для инверсии. И здесь это видно даже на уровне этимологии.
Революцию, социализм и демократию нужно отнять у прогрессистов, которые присвоили их не по «праву». Необходимо вернуть им прежний смысл.
В данном плане выделяется Владимир Ленин, который предложил концепцию спиралевидного развития. Здесь происходит как бы сочетание линейного и кругового движения. Согласно Ленину всегда имеет место нечто новое и вместе с тем происходит и «якобы возврат к старому». Обращает на себя внимание слово «якобы», которое отодвигает «старое» на «второй» план. В то же время в оптике Консервативной Революции «старое» реально и полно воспроизводится в «новом». Сам Ленин представлял спиральное развитие как однозначно «вертикальное», «восходящее», то есть, в конечном итоге – линейное.
Искажению подвергаются также социализм и демократия. Первый (от слова «socialis», т. е. «социальный», «общественный») должен означать именно общинность, присущую миру Традиции. Вторая – некий уклад, в рамках которого народ реализует свою власть.
Остановимся над этим поподробнее. Обычно демократию представляют как некий главенствующий государственно-политический принцип. В то же самое время, аристократия воспринимают как некая общность (сословие), которое осуществляет свой кратос (власть) не универсально, но в рамках какого-либо уклада. Какие-то аристократы могут претендовать на универсальную власть, изначально аристократия – это именно сегмент и уклад.
По аналогии можно рассматривать народ как общность, которая должна иметь свой кратос (власть) – в рамках определенного уклада. Это и есть настоящая демократия, которая существовала в мире Традиции. Но только осуществлялась она на малых пространствах (общинах), где и возможно реальное самоуправление. Слову, афинский полюс, откуда и пошло слово «демократия», тоже был малым пространством, о чём забывают адепты западной демократии. Малые пространства существовали и в рамках Пространства Большого. И тут можно «деспотическое» Московское царство, где существовало мощное земское самоуправление.
