Кирилл Серебренитский: Россия страна хлыстовская, не православная

... В молодости я искал следы хлыстов, хлыстовщины, в Среднем Поволжье. Этот спиритуальный феномен - не деноминация, не "секта" (по этому поводу  я уже в девятнадцать лет готов был поспорить и с Мельниковым-Печерским, и с "Настольной книгой атеиста"). 

Хлыстовщина  - это не вероисповедание, а мистическая праксиология. Квази-оккультные практики, невероятное разнообразные, и, если присматриваться, чудовищно, динозаврово древние,  преантичные, и сводятся они к одному сценарию: если Бог желает сделать что-то Своей волей, вмешаться в ход событий, то действует Он через человека, через живых людей, - воплощается в них, по загадочному Своему выбору, порождая необходимое количество живых богов, Божественной энергии в человеческих телах. 

В девятнадцать лет я читал уже не Мельникова-Печерского, а ежегодные отчёты о хлыстовщине, которые миссионеры Самарского епархиального управления печатали в "Самарских епархиальных ведомостях", в 1890х-1900х годах. Обширные, наивно-подробные изложения, личные впечатления сельских батюшек, пересказы полицейских протоколов, свидетельства очевидцев и участников хлыстовских радений. 

Естественно, перед миссионерами была поставлена обычная казённая задача: подсчитать. И - вот: из этих сбивчиво многословных канцелярски бесстрастных и от того особенно достоверно убедительных текстов, -  передо мной вставало - внезапно и торжественно, как из Волги  динозавр размером с пол-Самары, - пдлинное измерение этого явления. 

Село Колывань (около которого лежал восемь лет в землянке живой бог Поликарпушка Безликий, никто никогда не видел его лица, закрытого шёлковым белым платком), из 1200 жителей - 850 хлыстов. 

Соседнее село Дубовый Умёт (где обитала хлыстовская династия Белопортковых, даже фамилию получившая от хлыстовских белых одеяний, одно из прозваний хлыстов - "белые портки"): из 900 жителей около 500 хлыстов 

И так далее...

Я, собственно, вот о чём: Россия - страна не православная,  - если принимать этот термин в буквальном, евангельско-патрологически-византийском значении.  

Россия страна хлыстовская. 

Хлысты, конечно, не составляли большинства населения, но они аккумулировали резкую, активную, атакующую религиозность. 

Хлыстовщина втягивала и структурировала людей, которые воспринимали веру как действие, как преобразующую силу. То есть - определяла спиритуальную реальность, на самом деле, формировала этос страны, трансформировала по-своему российский менталитет на рубеже веков (а может, и раньше). 

Хлысты создавали социальные паттерны, которым следовала пластичная биомасса крестьянского "большинства", несмотря на то, что это большинство знало о хлыстах только понаслышке, смутно и тревожно, чуждалась их и побаивалась.  

Большинство, которое в 1900х ничем не отличалось от нынешнего большинства, и религиозность, - всё такое, заумное, зателесное, забудничное, - воспринимало только как украшение  бытового фона, отсчёт будничности от праздника к празднику.

Новые картины художницы Анастасии Фоминой!

Адинатх Джайядхар: О "колбасных эмигрантах"

Обнищание людей продолжится, и экономические беженцы снова потянутся на Запад. Я не фанат экономических беженцев. С большинством таких эмигрантов мне общаться не о чем. Обнищавшие люди, которым не нужна свобода, толерантность и демократия, едут «за колбасой». А приехав и обосновавшись, они начинают восхвалять своих чёртовых тоталитарных вождей, диктаторов, и ругать Запад… продолжая жрать из западной кормушки.

По-человечески я понимаю: если переезд на Запад – единственная альтернатива нищете, нельзя осуждать людей за то, что они эмигрировали ради «колбасы». 

Но так же по-человечески мне дисгармонично слишком уж часто пересекаться с теми колбасными рожами, которые холуйски хвалят своего экс-барина и ругают Запад, с руки которого они кормятся.

Мне нравятся эмигранты-борцы, а также те беженцы, те эмигранты, которые перебрались на Запад не в период нищеты в их стране, а в период экономического расцвета. Чтобы привольно жить согласно собственному образу жизни, без унижений, сохраняя достоинство.

Вот, например, моя семья – шайва-шакта-традиционалисты, и мы переехали для того, чтобы нам тут никто не мешал. И не мешают. В то время как фальшивый токсичный государственный традиционализм прессовал мою семью, западная толерантность и приволье работает на традиционализм моей семьи...

Борис Хорев: О роли религий в крахе Ирана и Византии

В зороастризме есть один пунктик - он "знает", как относиться к крестьянам (т н главам семей), воинам, духовенству и даже писцам, но "не знает", что делать с купцами и ремесленниками (если будет время, посмотрите Суждения Духа Разума, он же Дадестан-и меног-и храд, 30 и 31 главы - они есть в Сети на русском языке). Как очень точно выразился американский историк иранского происхождения Touraj Daryaee, в описании купцов и ремесленников "чувствуется ощущение неловкости и непонимание". Во многом поэтому, они были приверженцами каких угодно религий, но не зороастризма.

Такое диссидентство особенно отразилось на духовной жизни в​ Месопотамии, которая была наиболее урбанизированным регионом Ирана. Ситуацию усугубили победоносные иранские шаханшахи, нагнавшие туда с III по VI век много пленных сирийцев, готов, и немного греков - носителей христианства, язычества и разных иудейских сектантских воззрений. Параллельно в регионе ощущалось традиционное влияние Индии (через опять же торговцев и моряков). Плюс роль играли и местные религиозные традиции, восходившие ещё к шумерам (сейчас мы точно знаем, что некоторые знания о шумерском языке в Месопотамии были ещё в первом веке нашей эры).

Всё это, как считают учёные, привело к возникновению и распространению манихейства и мандеизма (а также других религий и течений). А также к укреплению христианства в форме несторианства. Все эти учения очень быстро распространялись в зороастрийском Иране по торговым путям. Кто из них достиг наибольших успехов, я не знаю. Наверное, манихеийство. Зато несторианство было официально принято, а в Ктесифоне, Самарканде и Мерве существовали крупные христианские церкви. И главное - у несториан затем сложились хорошие отношенияс самим исламом. Когда пришли арабы, все незороастрийцы оказались ЗА, НЕ ПРОТИВ или НЕ ОЧЕНЬ ПРОТИВ арабов. У них были деньги и производство, а у зороастрийцев, готовых защищать родину, - многодесятилетний династический кризис с падением авторитета шаханшаха (два из которых были женщинами, что в условиях зороастрийского восприятия женщины недопустимо) и борьба поместной аристократии за привилегии. В результате Иран пал. Это слишком общая схема, чтобы быть без изъянов, но в целом я считаю её рабочей и многое объясняющей.

Интересно, что в Византии было что-то очень похожее. Только в этой стране монофизитским, иудейским и другим торговцам и ремесленникам противостояли ортодоксальные христианские представители тех же профессий. Но главное - их РАЗДЕЛЯЛА сложнопроходимая АНАТОЛИЯ.

Кирилл Серебренитский: Почему Россия - колониальная империя

Парадигма российской истории - это автоколонизация. Это не хорошо и не плохо, а просто игра географии. 

Британцы и французы для приобретения колоний должны были плыть за два океана сквозь штормы. 

А русскому конкистадору достаточно было выехать из Петербурга - и тут же открывались не исследованные просторы, леса и степи, в которых жили давно уже завоёванные, но по-прежнему непонятные, отчужденные, опасные дикие племена в зипунах и лаптях. 

Владимир Видеман: Небополитика Севера

Посмотрел беседу Шевченко и Девятова о судьбах мира и роли России. Считается, что варяжская Русь была западной, потом ордынская Русь стала восточной, петровская Россия - снова западная, московская РСФСР - опять восточная (Новая Орда по Девятову). Современная Россия - снова западная. Теперь Девятов предлагает доктринально провозгласить Россию частью Востока, чтобы вписаться в китайский проект (Третья Орда).  

С моей точки зрения, дилемма Запад-Восток - это вообще не про Россию. Русь-Россия - это северное государство, со всеми вытекающими. Если отождествить Россию с Евразией, то это не вся Евразия, а только Северная Евразия (Севразия), противостоящая, как политический монолит, "лоскутному одеялу" Южной Евразии. 

Аналогичную картину мы наблюдаем на американском континенте, где Северная англосаксонская Америка противостоит Южной латинской Америке. При этом как в древней Британии, так и в древней Руси политически доминировало единокровное (система общих браков) варяжское (норманнское) начало, и даже институциональные корни английского и русского права лежат в общей культурной почве северного общества свободных земледельцев. 

Но если англичане отложились от Рима и сформировали собственную имперскую церковь на принципах цезарепапизма (первосвященник назначается монархом), то русские до полного отложения от Второго Рима (Царьграда) так и не дошли, сохранив каноническую зависимость от "первого среди равных". Даже сегодня, когда за Вселенского патриарха перестали возносить молитвы, никто не рискнет отложиться от константинопольского авторитета окончательно. А ведь можно было бы объявить (по примеру англичан) полную независимость Русской церкви от заморского (константинопольского) престола, развязав себе руки в канонике и исторической культурологии. 

Сегодня англикане действуют по всему миру. Почему бы не взять их опыт на вооружение? Тем более - не чужие люди, есть много общего и в психологии, и в исторических судьбах: северная версия Великой войны (Большой игры) Кауравов и Пандавов.

Александр Волынский: Россия - это опасность!

Россия  или  Московская  Держава  - это  огромная  по  площади  и  редконаселенная  страна  со значительными  природными  ресурсами. Такая  геостратигическая  позиция  требует  сильной  центральной  власти  и  абсолютной  лояльности  населения. Любой  русский  человек  понимает, что  без  сильной  и  даже  жестокой  власти  страна  погрузится  в  смуту, ибо  по  духу  своему  население  Северной  Евразии  анархично. Как  говорил  Победоносцев, "Россия  - ледяная  пустыня  по  которой  бродит  лихой  человек".

Пока  Русью  управляли  варяжские  роды  ее  развитие  проходило  по  феодальному  европейскому  пути, но  Золотая  Орда  привнесла  набор  ценностей  по  которым  строился  Китай, Чингизиды  всю  свою  государственность  строили  по  китайским  образцам. В Китае  культ  Сына  Неба  предусматривал  абсолютное  подчинеие  человека  государству, но  при  этом  китайская  традиция  была  очень  древней с  большой  культурной  прослойкой  и  скептическим  отношением  к  варварскому  милитаризму. Монголы    принесли  в  Россию    самые  жестокие  нормы  китайской  бюрократии и этики. Став  наследником  Золотй  Орды  Московское  Царство  преуспело именно  потому, что  сохранило  китайскую  модель  отношения  к  государству  и  личности. Соседство  с  агрессивной  Европой  создало  для  культа  русской  государственности  идеальную  почву, без  этого  культа  Запад  просто  превратил  бы  Россию  в  полуколонию, как  Османскую  Империю,  хотя  и  Османы  умели  играть  на  противоречиях  между  европейскими  державами.

Ленин  не  любил  Российскую  Империю, но  после  провала  Мировой  Революции  у  большевиков  не  оставалось  иного  выхода  как  возродить  культ  ГОСУДАРСТВА,   место  дворянства  и  духовенства  заняла  партийная  номенклатура. Сталин  вернул  все  ценности  китайской  бюрократии  и  поэтому  для    Китая, Северной  Кореи, Вьетнама, Монголии  СССР  был   понятен  и  близок. Даже  советско-китайская  склока  была  запрограмирована, ибо  для  Китая суверенитет - тоже  абсолютная  ценность.

Культ  ГОСУДАРСТВА  и  суверенитета  превращают  Россию  во  врага  человечества. Если  в  эпоху  капитализма  государство  было  инструментом  регулирования  рыночного  хаоса, то  в  эпоху  корпораций  государство  стало  еще  одной  корпорацией, грязной  и  продажной. Если  на  Западе, после  опыта  Мировых  Войн  государство  было  признано  проблемой, то  на  Востоке  государство  продолжают  считать  единственным  решением. Если  европейские  страны  легко  ограничивают  свои  национальные  амбиции  в  пользу  интернациональных  проектов,  то Россия  и  Китай  усматривают  в  любой  интернационализации  угрозу,  тут  дело  не  в  злом  умысле, тут  дело  в  истории  и  геграфии, в  ментальности  "суши"  против  ментальности "моря".

Андрей Шуман: Диффузионизм в истории

Гибель цивилизаций бронзового века связывают обычно с природными катаклизмами. И вот почему.

С XVIII в.  западный мир захватили идеи прогрессизма. Мол всё непременно развивается. И только вперёд "на паровозе".

Но вот в XIX в. выясняют, что в эпохе бронзы были развитые цивилизации. И они... исчезли. 

Как же так? Они ведь должны были развиваться дальше! Посчитали, что всему виной природа. Вулканы, цунами, засуха, пересыхание рек....

Но причины часто внутренние. 

Как итог -- неспособность справиться с пришлыми завоевателями. 

Пример -- эгейская цивилизация. И прогресса нет. Есть накопление технологий через их диффузию. И с технологиями может быть как прогресс, так и деградация.

Благодаря глобализации процесс обмена технологиями экспоненциально вырос. Это создаёт иллюзию существование прогресса. Но вполне не исключен коллапс нашей цивилизации по примеру цивилизаций бронзового века.

Сам диффузионизм обеспечивает прогресс, но никаких законов развития общества нет. Есть вместо них тренды. Они могут быть разными. 

Самый жуткий пример тренда - цивилизация долины Инда. Совершенная городская культура. А потом около 1000 лет чудовищного упадка и разложения. Города оставили, потому что там творился ужас почище Детройта и Йоханнесбурга. Извращенческие убийства и изнасилования каждый день. Обо всем этом свидетельствует археология.  Например, трупы на улицах, и без захоронения. И это не факты захвата города. Или хроны медных и бронзовых изделий. Использовали каменные, а бронзовые закапывали...  Сохранились только маленькие поселения на окраине их зоны расселения. Да и мелкие города сохранились до 14 в до н.э. и плавно перешли в следующую культуру.

В античных культурах изнасилование женщин не считалось серьёзным преступлением. Доказанный факт сулил только штраф. Дети вообще были полной собственностью родителей. Побои были нормой. Причём даже нанесение телесных повреждений детям было моделью воспитания вплоть до начала XX в. В традиционном исламском мире побои женщин и детей до сих пор оцениваются как норма. Даже во время свадьбы если жених даёт наотмашь пощёчину невесте, для гостей - это "мелкий конфликт".

И вот в человеческой цивилизации возник новый тренд. Совсем новый. Изменилось отношение к женщинам и детям. Вместо насилия пришла гиперопека.

Этот тренд нового отношения к женщинам и детям совсем недавний -- около 100 лет. И вот интересно, как долго тренд продлится. Можно ли его считать устойчивым? Причём, тренд довольно ускоренный. Даже моё поколение имело иную модель воспитания. Например, если в моем поколении ребёнок в 4-6 лет сам шёл на улицу играть в песочницу без сопровождения взрослого, это было нормой. Ну а в 10-12 было нормой уйти на улицу играть самому часов на 5. Детство проводили без гиперопеки и мобильных телефонов. Сейчас опека родителями детей исключает все эти факты абсолютно. Понятно, что в процентном отношении -- скажем не менее 90%.

И как сильно эти тренды изменят наши общества? В целом, тренды вполне хорошие. Настолько, что жизнь детей и женщин даже начала 20 в. кажется уже чудовищной.

Владимир Емельянов: Ассирософия в литературе Серебряного века

Андрей Сошников: Цари Персии в Египте

Цари Персии считаются XXVII династией в Египте, и на этот раз династия была действительно чужеземной.

Мы мало знаем о пребывании Камбиза в Египте, за исключением того, что нам рассказал Геродот (посетивший Египет около столетия спустя) получивший информацию от египетских жрецов, настроенных против персов. Поэтому они изобразили Камбиза как жестокого и полусумасшедшего тирана, получавшего удовольствие от постоянного осквернения памятников, священных для египтян, и осмеяния традиций, которые они почитали. Например, в период правления Камбиза в Египте египтяне обнаружили быка, выполнявшего их желания, и назвали его Апис – земное воплощение бога Осириса. Конечно, бык является распространенным символом плодородия, и появление Аписа означало хорошие урожаи и счастливые времена. Апису традиционно посвящали праздники и оказывали божественные почести. Камбиз, как пишет Геродот, сразу после возвращения из тяжелого похода увидел египтян веселящимися и, вообразив, что они празднуют его поражение, впал в ярость. Узнав, что праздник проводится в честь Аписа, Камбиз, презиравший такого бога, поднял свой меч и ранил быка. Нам покажется это не столь суровым отношением (если мы подумаем о характере жестокостей, совершаемых в наше время), но для египтян это было намного более ужасным поступком, чем просто захват их страны. Однако, скорее всего, такого никогда не было, Камбиз правил Египтом настолько справедливо, насколько может ожидать завоеванный народ.

Камбиз не собирался ограничиваться завоеванием Египта. Он принял знаки покорности ливийцев к западу от Нила, а также греческого города Кирены. Своей следующей целью он предполагал Нубию на юге. Завоеватель направился на юг к Нубии, по пути захватив и разграбив Фивы (как и Ашшурбанипал полтора века назад). Он сумел подчинить северную часть Нубии Персии, перед тем как вернуться, чтобы восстановить свои силы и собрать дополнительные средства. (Враждебные источники, которыми пользовался Геродот, превратили это в страшное поражение, после которого случился жестокий эпизод с Аписом).

Несомненно, Камбиз продолжил бы череду своих побед, но на его родине разразилась династическая склока. Некий самозванец, утверждающий, что он – старший сын Кира, объявил себя царем. Камбиз поспешно вернулся, чтобы покончить с этим, но по дороге умер. (Неблагожелательный отчет Геродота намекает на то, что он мог совершить самоубийство, после того как был сведен с ума богами, раздраженными его святотатством). 

Правление персов было в некотором смысле благоприятным для Египта. Так, после нескольких месяцев замешательства, последовавших после смерти Камбиза, член царского рода, Дарий I, захватил власть. Он правил 35 лет (521–486 гг. до н. э.) и, без всяких сомнений, был самым талантливым из персидских царей. Он весьма эффективно реорганизовал свою огромную империю и разумно правил Египтом. 

В Египте Дарий выступает как фараон и с именем Сетут-Ра («Потомок Ра»). Известно, что от его имени предпринимались храмовые постройки и в Нильской долине, и в Великом оазисе. В царствование Дария деятельно эксплуатировались для храмовых построек Хаммаматские рудники; ведали ими частью туземные (например, Хнумабра, возводивший свою генеалогию к обожествлённому Имхотепу), частью персидские архитекторы, настолько подвергшиеся влиянию египетской культуры, что они молились египетским богам, и надписи их сделаны египетскими иероглифами. В экспедиции, работающие в Вади Хаммамат, включаются мастера, ведающие орудиями из железа. Переход к железным орудиям обеспечил египетско-персидским мастерам возможность обработки твердых пород камня. Есть основания полагать, что при персах работающие по камню мастера вывозились в Персию и там создавали произведения с несомненным египетским характером.

Диана Удовиченко: Последний викинг

Жил-был в Дании Питер Фройхен (иногда его называют Петер Фрейхен). Родился в 1886 году, мама у него была датчанка, а папа - юрист... То есть, ошиблась: добропорядочный еврейский бизнесмен. 

Мальчик вымахал большенький, двух метров ростом. Еврейский папа надеялся, что сын пойдет по его стопам, и станет изучать финансы. Но Питер поехал в Копенгагенский университет, посмотрел на это вот все, и говорит: 

— Ну на хуй, тоска такая, пойду в медики, там хоть на трупы в анатомичке посмотреть можно. 

— Что ж, — отвечает папа, — Тоже хорошая профессия. Может, дантистом станешь или проктологом. Без куска хлеба не останешься: зубы и жопа есть у всех. 

Однако через два года Питер окончательно заскучал, даже трупы его не утешали. Он бросил универ, и в 1906 году со своим другом Кнудом Расмуссеном отправился в Гренландию. Тогда были в моде арктические экспедиции. 

Прибыл Питер в Арктику, обрадовался. 

— Вот это, — говорит, - по мне. Сотни километров ледяных просторов, народу мало, свобода, короче! 

Увидел инуитов, один из эскимосских народов, и обрадовался еще больше. 

— Вот это настоящие люди! Глянь, Кнуд, как они тут выживают, во льдах-то! 

Два года датские викинги провели среди инуитов. Питер так влюбился в них, что изучил язык, обычаи, научился строить иглу, охотиться на моржей и тюленей. 

Через два года закончилась жрачка. 

— Поехали домой, — предлагает Кнуд. 

— Не, ты вали, и возвращайся с припасами, а я еще тут отдохну, мне понравилось, заебатый куророт, — отвечает Питер. 

Расмуссен уехал, а Фройхен решил испытать себя на выносливость, и свалил от инуитов. Жил один почти два года, добывал еду охотой. Однажды увидел его белый медведь, слегка охуел и принял за моржа. Из-за усов, наверное. Стали они драться, Питер медведя замочил. Сшил себе из него шубу, гордый такой. А тут Кнуд возвращается с хуевой тучей провианта и всего такого. 

— Я на своей шкуре испытал, как тяжело быть инуитом, — говорит Фройхен. — Давай им что ли магазин откроем. 

Сучасна україномовна поетеса з Йорданії Вікторія Абу-Кадум

Пропонуємо ближче познайомитися із сучасною українською поетесою з Йорданії ВІКТОРІЄЮ АБУ-КАДУМ.  Напевне, її поезія не раз вже траплялася Вам у фейсбуці, адже її щире слово, сповнене любові до України, долинає здалеку до самої душі кожного українця.
Ось одна з її поезій:

Дух солодких суниць — ними марю постійно —
І скоринка гарячого хліба крихка,
Погляд мами — ласкавий, привітний, спокійний —
Все це входить у вартість одного квитка.
Доторкнути рукою троянди тендітні,
Щоб в долонях лишилася свіжість м´яка…
Гуркіт щедрої зливи і райдуги літні —
Все це входить у вартість одного квитка.
Ще — обійми сестри, без якої нестерпно
І з якою дітьми не минали кутка,
І рогалики з маком в медовому серпні —
Все це входить у вартість одного квитка.
Найцінніші пейзажі білявої хати,
Зустріч з садом, де вишня достигла п´янка,
Крок в дитинство — свою першу ляльку обняти —
Все це входить у вартість одного квитка…
((с)Вікторія Бричкова-АбуКадум)

Вікторія Абу-Кадум (в дівоцтві — Бричкова) народилася у 1982 році у Чернівцях, в сім’ї студентів-медиків, які з часом переїхали в Івано-Франківську область, селище Кути. Здобувати вищу освіту Вікторія вирішила у Чернівецькому національному університеті, обравши спеціальність хіміка-еколога. Там зустріла свого майбутнього чоловіка, який навчався в Буковинській державній медичній академії. Так, в 2002 році, коли він закінчив навчання молоде подружжя  виїхало до Йорданії і вже майже 20 років мешкає в її столиці м.Амман. 

У далекій і незнайомій країні з відмінними від України звичаями та кліматом, саме поезія та любов до України допомогли Вікторії адаптуватися і не лише не втратити зв'язок з рідним краєм, а завдяки своїй поезії пробудити любов до нього в сотень і тисяч українців , яких доля розкидала по світу. Очевидно, нині Вікторія є однією з найвідоміших сучасних українських поетес за кордоном, і точно - добре знаною спільноті фейсбука.

Більша частина поезій Вікторії  - патріотичні, присвячені саме Україні, українцям,  а в останні роки - і захисникам Батьківщини. Тож кожне її слово знаходить відгук у серцях таких же українок і українців з різних країн, об'єднаних любов'ю до України. Особливо такі рядки про полеглих захисників України, що пронизують щемом, як вірш про морпіха Едуарда Федорова, який помер 2 липня 2018 року від кульового поранення, отриманого на війні... 17 вересня 2018р., у нього народилася доця, яка свого тата знатиме лише на світлинах.

Стімпанк Олега Гроссу: Невичерпне джерело

Дмитрий Ольшанский: Дефицит памяти, или Россия - это высокая гора брошенного и бесхозного прошлого

Принято думать, что нынешняя Россия живёт в прошлом. 

Принято с некоторой издёвкой говорить, что мы, мол, не любим и не видим будущего, что в то время, как трижды величайший какой-нибудь Илон Маск, слава ему, уже буквально запускает ракеты на Марс и только что не встречается с зелёными человечками, – мы всё копаемся в пыльной старине, ну не позор ли.

А я скажу: у нас мало прошлого.

А я скажу: Россия живёт словно бы на высокой горе своего прошлого, которое, однако, никак не используется в её символическом, топографическом, образовательном и даже, извините, пропагандистском обиходе, а если используется, то в катастрофически малых дозах.

Можно даже сказать, что чуть не единственное прошлое, которое официально дозволено нам к постоянному употреблению – это события 1941–1945 года, ну и ещё некоторые кусочки советской истории по соседству. Нет, я вовсе не хочу сказать, что та война, которая в России одна не нуждается в уточнении – какая именно, «война», да и всё, – не заслуживает общенационального почитания. Напротив, прекрасно, что в связи с ней удалось теперь сделать многое, что невозможно было в двадцатом веке: организовать грандиозную – и в то же время открытую для народа архивную базу, опубликовать все те свидетельства, что ранее не проходили цензуру, найти и перезахоронить тысячи лежавших по лесам, на самом высоком государственном этаже отметить не только победы, но и Ржев, наконец.

И всё-таки хочется ещё что-нибудь к ней – нашей главной войне – прибавить.

Туранли Фергад Гардашкан Оглу / Ferhad Turanly: Методологія дослідження старотурецьких писемних джерел (Істор ф-т КНУ)

Туранли Фархад Гардашкан оглу: Методологія дослідження старотурецьких писемних джерел (Істор ф-т КНУ)