«У меня есть мечта»: Речь Мартина Лютера Кинга 28 августа 1963 г.

Пять десятков лет назад великий американец, под чьей символиче­ской сенью мы сегодня собрались, подписал Прокламацию об освобож­дении негров. Этот важный указ стал величественным маяком света на­дежды для миллионов черных рабов, опаленных пламенем испепеляю­щей несправедливости. Он стал радостным рассветом, завершившим долгую ночь пленения.
Но по прошествии ста лет мы вынуждены признать трагический факт, что негр все еще не свободен. Спустя сто лет жизнь негра, к сожалению, по-прежнему калечится кандалами сегрегации и оковами дискримина­ции. Спустя сто лет негр живет на пустынном острове бедности посреди огромного океана материального процветания. Спустя сто лет негр по-прежнему томится на задворках американского общества и оказывает­ся в ссылке на своей собственной земле. Вот мы и пришли сегодня сюда, чтобы подчеркнуть драматизм плачевной ситуации.
В каком-то смысле мы прибыли в столицу нашего государства, чтобы получить наличные по чеку. Когда архитекторы нашей республики писа­ли прекрасные слова Конституции и Декларации независимости, они подписывали тем самым вексель, который предстояло унаследовать каж­дому американцу. Согласно этому векселю, всем людям гарантировались неотъемлемые права на жизнь, свободу и стремление к счастью.

Давид Кугультинов: Зерно и Космос

***

В космической пучине ледяной,
Сквозь черноту, где звезд блестящих сонмы,
Лечу…
И ты сейчас летишь со мной,
И оба мы так сладко невесомы!

Вдвоем — не то летим, не то плывем,
В скафандрах — полурыбы, полуптицы…
И голос твой живительным теплом
Сквозь мрак и холод в сердце мне струится.

О счастье мы беседуем… Но вдруг
Ты застонала… В еле слышном стоне
Страданье, страстная мольба, испуг…
Нет кислорода у тебя в баллоне!

Последний мой баллон тебе тотчас
Я протянул… Жестокое удушье
Сдавило горло… Но живит мне душу
Сознанье, что тебя я все же спас!..

И светлым этим чувством озарен,
Я умер… Я в гробу, в оцепененье.
И звуки музыки и сожаленья
Ко мне доносятся сквозь смертный сон,

Как будто бы сквозь времени пласты…
Но лишь одна меня волнует нота:
Там, возле гроба, тихо плачет кто-то…
Да, это ты… конечно, это ты!..

Твой голос шепчет: «Милый мой! Очнись!»
И в мертвом теле прежняя тревога,
И чувства, точно тени, поднялись,
И оживать я начал понемногу.

Оливье Клеман: Власть и вера

Я постараюсь затронуть тему об отношениях между властью и верой. Вначале я сделаю попытку определить, что означают эти слова. Затем остановлюсь на том, что нового внесло в эти понятия христианство. И наконец, я задам вопрос: как сегодня христианин может критиковать власть и осуществлять ее на практике?

I. Какая власть и какая вера?

Всякий человек уже самим фактом своего существования обладает властью, он есть власть. Всякий человек утверждает себя пред лицом небытия и по отношению к другому человеку. Будучи живым существом, он уже оказывает влияние на свое окружение и на мир. В символическом рассказе об истоках «Книга Бытия» подчеркивает эту власть: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему, и да владычествуют они…» (Быт 1:26). «И сотворил Бог человека по образу Своему…; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: … наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте …» (Быт 1:27-28). Слова, указывающие на верховную власть, следует понимать здесь не в нашем падшем смысле, то есть как насилие, несущее разрушение, а в смысле «евхаристическом», в смысле преображения. В этом даре власти-созидания кроется первородное подобие человека и Бога. Добрая, животворящая сила дарована человеку.

Архимандрит Августин (Никитин): Филипп Меланхтон и Православный Восток

После кончины Мартина Лютера, последовавшей в 1546 г, Филипп Меланхтон стал общепризнанным лидером немецкой Реформации. Он способствовал распространению в Германии классического образования, за что его называли “Учитель Германии”. Меланхтон был автором многих богословских трактатов, а также педагогических сочинений, сохранивших свое значение вплоть до нашего времени.
В сравнении с Лютером Меланхтон занимал более примирительную позицию в отношении к инославию. Он был автором лютеранской вероучительной книги “Аугсбургское исповедание” (1530 г). Это сочинение носило примирительный характер по отношению к Римско-Католической Церкви. Но поскольку католические богословы подвергли Аугсбургское исповедание критике, Меланхтон должен был защищать лютеранское вероучение. С этой целью он написал “Апологию Аугсбургского исповедания”, которую издал в Виттенберге в 1531 г. Тон Апологии в сравнении с Аугсбургским исповеданием более резкий, поскольку Меланхтон уже потерял всякую надежду на примирение с католиками. И поэтому впоследствии у Меланхтона возникла идея о сближении с Православной Церковью.
Вскоре после начала Реформации сведения о Лютеранской Церкви достигли Константинополя, и это побудило патриарха Константинопольского Иоасафа II (1555-1565) послать в Виттенберг диакона Димитрия Мизоса для сбора сведений о новом вероучении. Диакон отправился в Виттенберг в 1559 г и прожил там 6 месяцев. За это время он познакомился с выдающимися протестантскими богословами и, в частности, с Филиппом Меланхтоном. После полугодового пребывания в Виттенберге диакон Димитрий начал готовиться к возвращению в Константинополь. Именно в это время со стороны Меланхтона была сделана первая попытка наладить отношения с Константинопольской Церковью. Он передал Димитрию письмо для вручения патриарху, написанное в самых теплых тонах. В письме он заверял патриарха: “Мы благоговейно следуем определениям святых соборов относительно догматов, и мы остаемся преданными учению отцов: Афанасия, Василия, Григория, Епифания, Феодорита, Иринея и всех других, которые единомысленны с нами. Мы учим, что благочестие заключается в истинной вере и повиновении закону Божьему, а не в суевериях и самовольных служениях. Итак, просим не верить клевете, которую враги распространяют на наш счет”.

Жан Ванье: Духовность Общины

У слова “духовность” в наши дни много смыслов. Когда мы говорим, что этот человек “духовный”, мы подразумеваем, что он несколько “подвешен в воздухе”, не слишком деловитый или компетентный, тихий, молящийся, внутренний. Духовный человек отличается от погруженного в телесное, от того, кто любит спорт, вкусную еду, игры и вечеринки. Такой дуалистический взгляд на духовность, может быть, необходим тем, кто слишком погружен в нужды своего тела, но это лишь начало. Не опасно ли уподоблять духовность мечтам или даже страхам перед телом или перед реальностью? Духовность ученика Иисуса — духовность Воплощения, Слова, ставшего плотью. Иисус пришел, чтобы научить нас любить. Начало и конец вести Иисуса — это любовь. Иисус пришел открыть наши сердца, чтобы мы могли стать источ­ником любви для других людей. Он пришел научить нас принимать жизнь, передавать жизнь и отдавать наши жизни. Любовь — это очень конкретно. Это — быть в контакте с людьми, их нуждами, их просьбами и их ранами.
Христианская духовность не прячется в мире идей, теорий, мечтаний и иллюзий; это не спасение от реальности, от страха перед людьми и страданием. Христианская духовность — это конкретная реальность. Это — сила или дух, помогающие нам сделать некоторые шаги, которые преображают нас в любви Иисуса, делают нас похожими на Христа, ведут ближе к Отцу и к людям. Вот некоторые из переходов, которые призваны совершить ученики Иисуса:
· от мира мечтаний, иллюзий, предрассудков и страха — к правде, реальности, мудрости;
· от закрытости в себе, эгоцентризма, самодостаточности — к открытости, ранимости, заботе, к сердечному принятию других, непохожих на нас;
· от избегания страдания и бедности — к принятию людей страдающих и бедных.

Стернин И.А. : Улыбка в русском коммуникативном поведении

– У!.. стариками родитесь вы, русские. Мрачные все, как демоны… Боятся тебя наши девушки… А ведь ты молодой и сильный…
(Максим Горький » Старуха Изергиль».)

Почему русские мало улыбаются? Этот вопрос мы часто слышим от наших иностранных коллег, и это вопрос абсолютно справедливый. Русские действительно значительно меньше улыбаются, чем большинство народов Запада и Востока.
Дело в том, что для русского коммуникативного поведения характерна бытовая неулыбчивость, которая выступает как одна из наиболее ярких и национально-специфических черт русского общения.
Анализ показывает, что можно выделить по крайней мере следующие национальные особенности русской улыбки.

1. Улыбка в русском общении не является сигналом вежливости.

В американском, английском, немецком, финском коммуникативном поведении улыбка – прежде всего сигнал вежливости, поэтому она обязательна при приветствии и в ходе вежливого разговора. Русские писатели не раз обращали внимание на отличие русской и американской улыбки, характеризуя американскую улыбку как странную для русского человека и искусственную. Сатирик М.Задорнов называл американскую улыбку хронической, а М.Жванецкий писал, что американцы улыбаются, как будто включены в сеть. М.Горький писал, что у американцев на лице прежде всего видишь зубы.

Н. А. Алексеев: Якутская мифология и шаманы

Миф. Это слово, вкладывая в него различное значение, используют ученые многих специальностей — фольклористы, этнографы, историки, философы и т.п., а также политики разных времен. Общее, пожалуй, в этих определениях то, что миф символизирует вымысел, ошибочное объяснение. Для тех, кто создал миф, он является истиной, частью знаний об окружающем человека мире, о жизни человеческих общностей различных уровней. Так, миф о первопредках, о знаменитых героях и др. были для каждого этноса частью исторических преданий и рассказов. Именно поэтому практически ни у одного народа нет слова, которое бы означало миф.
Для фольклористов и этнографов миф — это особый жанр устного творчества, произведение, чаще всего прозаическое, дающее религиозное или иррациональное (верное, но пока недоступное разуму), объяснение явлениям природы и жизни человека. Совокупность таких произведений мы называем мифологаей. На первый взгляд мифология — это едииая, взаимосвязанная, самостоятельная система произведений устного народного творчества. На самом же деле данная система есть продукт творчества составителя сборника мифов, результат подбора текстов по сложившемуся трафаретному определению мифа.
При отборе из общей массы прозаических устных народных произведений — сказок, преданий, легенд и рассказов в группу мифов попадает значительная часть текстов из общего фольклорного фонда этноса. Опыт составления сборника якутских мифов, проведенный мной в 1981–1985 гг. показал наличие у якутов более ста пятидесяти самостоятельных сюжетов мифов, зафиксированных в вариантах различными собирателями в XVII- XX вв.

Араратская Мифология: Таинство Творения

Изначально был Ар. И Ара (Арарич) — Творец. Ара не имеет начала, и абсолютен он. И вне времени сотворил он мир. Потому и мир не имеет начала и так же абсолютен.
Арарич — один, а богов — множество. И многобожествен сотворенный Творцом мир.
И каждый Бог — дитя Ара, каждый Бог — лучезарный дух, каждый Бог — космическая сила, каждый Бог — бессмертная мощь. И эти боги утверждали волю Ара во всей Вселенной, управляли каждым ее движением, ощущением, волей, мыслью и любовью.
И Анаит была Матерью богов, вожделенной тайной творения, целым миром плодоношения, восхвалением милосердия, литургией надежды, мелодией любви, тайником тоски, ароматом счастья. Анаит рождала детей для Ара — бессмертных богов — и своей материнской теплотой питала и голубила их.
Абсолютен был Ара, и совершенны были его дети. Совершенен был и Ваагн. Но неспокойным совершенством был он — огненным юношей, самым грозным сыном Ара, самым сильным Богом мира. Ваагн в беспредельном мироздании — космическая сила, среди всех солнц — огонь опаляющий, среди звезд — источник света, среди всех духов — самый величавый, среди богов — бог мощи.
И рождение его ознаменовалось весьма сильным космическим сотрясением. И возликовали боги при виде Ваагна.

Иван Ющук: Факты про украинский язык

Факт первый. 
При сопоставлении украинского языка с самыми древними индоевропейскими языками, в частности с латинским, бросается в глаза его, так сказать, «архаичность», то есть наличие в нем большого количества древнейших, индоевропейских элементов.

Фонетическая система украинского языка, качество его звуков на удивление близки к латинскому (и, заметим, к испанскому и итальянскому – его ближайшим наследникам). В обоих языках почти одинаковая система гласных звуков. И в латинском, и в украинском различаются звуки g и h: в латинском genus «род» (родственно с украинским жінка) и hostis «чужестранец, враг» (родственно с украинским гість). В обоих языках происходит чередование звуков у и в: в латинском nauta «моряк» и navis «корабль», как и в украинском наука и навчання. Так же в обоих языках есть беглый звук е: в латинской aper – apri («вепрь – вепра»), как в украинском вітер – вітру (выпадает звук е). Согласные перед гласным е в латинском языке произносились так же твердо, как и в украинском.

В архаичной, то есть самой древней латыни было восемь падежей, в том числе звательный и два местных. В украинском языке и все эти падежи, за исключением одного местного, и в основном их значение сохранились. Даже окончание в некоторых падежах те же. Например, одинаковые окончания имеют в именительном падеже единственного числа многие существительные женского рода, как arena (арена), summa (сума) в одном и другом языках; в звательном падеже существительные мужского рода: Brute (Бруте) – известное латинское высказывание «Et tu Brute contra me» (І ти, Бруте, проти мене) почти понятно и без перевода. Одинаковые окончания в именительном падеже множественного числа имеют существительные мужского рода: muri «стены» (мури), numeri (номери); существительные среднего рода: maria (моря), nomina (імена).

В. Цагараев: Арии

Дороги народов североиранской культуры, к которой относятся аланы-осетины, пролегали по многим территориям и в различные времена. Иногда они переплетались, а иногда разбегались друг от друга, теряя родственные связи. Порой они обрывались, пропадая навечно под зыбучими песками истории, а то вдруг возникали как бы ниоткуда и в тех местах, где само их наличие было непредсказуемо. Мы попытаемся рассказать Вам небольшую историю, связанную с судьбой культуры алан-осетин.
Это было очень давно — более четырех тысяч лет назад. Человеческая цивилизация делала тогда первые свои шаги, многие из которых современная наука может уже воскресить. Климат на планете благоприятствовал расцвету первых земледельческих культур, сосредоточенных в теплой зоне Средиземного моря, Персидского залива, Индии. Но к северу и востоку от древних цивилизаций простирались девственные пространства степей и лесов, обитель первобытнообщинных племен, из недр которых впоследствии появятся новые народы и новые цивилизации. Сегодня этническое разнообразие или родство народов наука определяет по языковому признаку. Язык народа становится его родословной и визитной карточкой в Историю.
В те далекие времена великие цивилизации не обращали внимания на северо-восток, откуда придут герои нашего рассказа, «великие» были заняты собой. В Египте архитектор Имхотеп чертил контуры знаменитой Ступенчатой пирамиды для фараона Джосера, на шумерских равнинах бурно развивались первые города-государства Ур, Урук, Лагаш, в долине Инда строители укладывали кирпичи в стены домов Махеджо-Даро, а кузнецы эгейских островов отливали свою первую бронзу. Именно в те далекие времена происходит одно из самых выдающихся событий в истории человечества.

Александр Волынский: «Воля к власти», логика Истории и Архэ

Продолжая традицию Шопенгауэра, я считаю Волю причиной страданий. 

Индивидуация (квантизация) Мира — это основа Представления. Вопрошание Бытия — это и есть Дазайн (Dasein). Самопознание Мирового Духа начинается с удвоения и поиска синтеза.

К прискорбию, пресловутая «воля к власти» ВНЕ Архэ — это просто Абсолютное Зло. Но мы, люди, находимся в мире представлений и наблюдаем только «дураков-козлов-гитлеров», а вернее их деятельность, обусловленную радикальным субъективизмом.

Ангельская природа Радикального Субъекта неоспорима, но только это падший ангел — Сатан, а «гитлеры» и «сталины» только его редукции.

Тоталитаризм, террор, геноцид плохи даже не потому, что «так говорит мораль», а потому, что подрывают базисные основы социального бытия как и убийство, обман, кража, прелюбодеяние, неуважение к старшим.

Надо сказать, что нацисты развязали массовое государственное насилие только с началом войны. Война вообще обесценивает человеческую жизнь. Большевики практиковали террор постоянно, ибо были явным политическим меньшинством, но как только угроза потери власти уменьшилась, ослаб и террор. Это к тому, что террор не может быть постоянной политикой и перешагивание через трупы обычно заканчивается трупом перешагивающего.

Отрицатели Шоа и репрессий состоят из двух категорий — дураков и негодяев. Дураки верят байкам негодяев, поскольку хотят верить в простые решения всех проблем, а когда им указывают, чем заканчиваются простые решения, то дураки считают, что их «дурят сионисты» для удержания своей всемирной власти.

Георгий (Ходр), митрополит Гор Ливанских: Изгнание беса войны

Самое трагичное в насилии — его абсурдность. И всякий, кто за долгие годы страданий вместе с другими приобрел опыт смерти, знает, что такое бессмысленность в ее чистейшей форме…

Когда вы проводите большую часть жизни под обстрелом, месяцы подряд живете без воды, пищи, света или работы, такие понятия как “революция” или “правое дело” вызывают только неудержимый хохот. Существование само по себе становится единственной целью, к которой стоит стремиться. День и ночь видишь себя мечущимся в спектакле, поставленном безумцами. Тени городов в руинах исполняют танец смерти. Единственные воспоминания — о том мире, которого больше нет. Любое утверждение оказывается двусмысленным и приводит в замешательство, поскольку всякое слово обречено на банальность. Надежда исчезает, ведь само время опустошается, хотя порой и приходит ностальгия, заполняя образовавшуюся пустоту. Все границы между внешним злом и внутренними переживаниями исчезают. Страждущее тело — вот единственное впечатление, остающееся у души. Избитое тело познает тщету всего и испытывает отсутствие Бога. Грех выходит наружу, принимая форму кошмарной реальности. Я грешу, — следовательно, я существую.

Илья Бражников: “Скифская Революция продолжается!”

Революцией движет пафос возвращения к изначальному, что отмечал ещё такой теоретик, как Ю. Эвола. «Причудливая судьба слов, – удивлялся он, – «революция» в своём изначальном этимологическом смысле… происходит от re-volvere, субстантива, который выражает движение, возвращающее к собственному истоку, к отправной точке». Поэтому революция всегда нуждается в образе, который, будучи реконструктивным, и дает образец этого изначального. Для немецких реформаторов таким идеальным образцом стали первые христиане, для художников Возрождения – античное искусство, для французских революционеров – политические формы Древнего Рима.

Для русской культуры образом, задающим революционную реконструкцию действительности, суждено было стать скифам. «Племя – таинственного, легендой повитого корня, с запада на Восток, потоком упорным, победным потоком брошенное в просторы желтолицых, узкоглазых, глотающих вино из черепов – варварских орд» – как поэтически представлял исторических скифов в первом манифесте литературных «Скифов» один из лидеров партии левых эсеров С.Д. Мстиславский. «Скифство» – это не только литературное объединение и идейно-эстетическое движение в России первой четверти XX века. Для того, чтобы это объединение состоялось и движение оформилось, скифская тема в русской культуре должна была развиваться в течение нескольких веков, а в поэзии XIX века получил развитие и скифский сюжет. Именно в рамках скифского сюжета в течение столетия (примерные хронологические рамки: 1812 – 1925) был сформулирован национальный смысл и создан наиболее глубокий художественный образ Революции. В ходе её этот образ был быстро и намеренно забыт, а сами «политические скифы» – партия эсеров – репрессированы одними из первых. Однако, это не отменяет ценности скифского сюжета и скифского мифа для научного исследования, ведь, согласно Блоку, именно этому сюжету, начавшемуся для России ещё на Куликовом поле, суждено «вечное возвращение».

Яв Назаред (Назар Яворский): Полюс — Рим?

Прошло довольно много  времени с тех пор, когда, каждый в свою эпоху  и каждый со своим отличием, но в целом родственно,  Роджер Бекон и Жозеф де Местр высказались по поводу примата христианской веры в лице католицизма и их высокопоставленных носителей как  единственно  возможной  европейской государственности. Объединённой Европы. Наверно последний, кто яростно и страстно апеллировал к апологии  некоего цезаропапизма. был небезызвестный Юлиус Эвола, правда далеко не каждый отважится  причислить его к самим что ни на есть христианским концептуализаторам, наверняка потому, что слишком «католическим» он являлся, или, точнее – позиционировался.

Сегодня мы можем лицезреть объединённую Европу, пускай пока всего лишь частично, не целостно-окончательно,  но, в  связи с рядом исторических и мировоззренческих перемен, уж никак не на христианской основе, хотя, бесспорно, некоторые принципы данной религии вполне успешно утверждаются  и давно закрепились в том обществе. Но основа ли это, спросим?

Протоиерей Олег Скнарь: Страна библейской радуги

Что общего у таких известных людей, как генералиссимус Александр Суворов, маринист Иван Айвазовский, священник Павел Флоренский, писатель Василий Немирович-Данченко, поэт Булат Окуджава? Связующее звено между всеми этими выдающимися людьми — тот неожиданный для многих факт, что в жилах каждого из них текла армянская кровь. Даже таможенник-герой из фильма «Белое солнце пустыни» актёр Павел Луспекаев — и тот при заполнении советских анкет в известной пятой графе всегда с гордостью писал — «армянин». А его фамилия восходит к армянскому княжескому роду — Лусбекян.
Армения… У обывателя, успевшего пожить среди пятнадцати советских республик, сразу возникают определённые ассоциации. Горная вершина Арарат, чья заснеженная шапка украшала этикетку одноимённого коньяка. Неподражаемая кухня и искреннее гостеприимство, свойственное всем кавказским народностям. Абрикосы, гранаты, виноградные гроздья, которыми Армения щедро наполняла наши рынки. Но ещё Армения — это и печально известная трагедия 1988 года в Спитаке, не оставившая безразличным ни один народ большой «семьи» бывшего СССР. Это и драматические события в Нагорном Карабахе, унёсшие жизни многих молодых солдат.
Но, несмотря на общее представление, всё-таки Армения для многих из нас подобна айсбергу, религиозная, культурная, историческая часть которого остаётся скрытой.
Моё личное знакомство с Арменией началось издалека, в прямом смысле слова, а именно — в Венеции, на конференции по библеистике. Восторг от доклада профессора священника Богоса Левона Зекияна и посещение Армянского острова в Венецианской лагуне подтолкнули к более глубокому изучению истории и традиций этой удивительной культуры. Кстати, врождённое стремление к постижению неизведанного у армян я отметил для себя в монастырском музее на венецианском Армянском острове, где собрана уникальная коллекция византийского стекла, артефактов из Египта и Шумера, а основной достопримечательностью музея монастыря является египетская мумия Неметхетамона (XV в. до Р. Х.).