Владимир Цуп: Украинский нострадамус Юрий Дрогобыч

После упадка Галицко-Волынской державы литовские князья провозгласили себя наследниками Киевской Руси. В этом был определенный смысл, поскольку Великое княжество Литовское подпало под значительно более высокое культурное и духовное влияние русинов, по сути став руським (украинским) государством. И если бы не экспансия поляков в ХIV — ХV веках, вполне возможно, что литвинов (литовцев) ждала судьба викингов Вильгельма I Завоевателя в Англии — полная ассимиляция. Уже из семи сыновей Гедимина большинство было православными. Выросшие в руських городах, женатые на русинках, они и сами идентифицировали себя как русинов. Второе же поколение Гедиминовичей было уже почти полностью руськое — из двенадцати сыновей Ольгерда десять были православными. Даже Великий князь Литовский Ягайло, впоследствии первый король Речи Посполитой, был крещен в православную веру с именем Яков. Более того, он вынудил перейти в православие своего двоюродного брата Витовта, несмотря на то, что Витовт перед этим принял католицизм. Руський язык (украинская мова) стал официальным в великокняжеском государстве — языком княжеской канцелярии и правительств. Ягайло вел корреспонденцию на руськом до конца своей жизни, после нескольких десятков лет пребывания на польском престоле! Восхищение руським искусством и культурой он перенес с собой в Краков, что привело к появлению здесь и в других польских городах многочисленных руських мастеров. И по сей день краковский Вавель и замок в Люблине украшают руськие (украинские) часовни, построенные в те времена. При Свидригайле русины держали в своих руках все важнейшие города государства и в значительной степени вытеснили литвинов из его придворного совета. Поэтому не удивительно, что в 1440 году в составе Великого княжества Литовского было восстановлено Киевское княжество с Олелько Владимировичем «на столе».

Бетховен. Симфония №3 «Героическая»: в честь Великого Человека — Наполеона-Прометея

Вечные образы — силу человеческого духа, творческую мощь, неизбежность смерти и всепобеждающее опьянение жизнью – Бетховен соединил воедино в Героической симфонии и из этого сотворил поэму обо всем великом, что может быть присуще человеку…

Третья симфония Бетховена стала рубежом в развитии европейской музыки. Уже первые звуки ее звучат как призыв, словно сам Бетховен говорит нам: «Слышите? Я другой, и музыка моя – другая!» Затем, в седьмом такте, вступают виолончели, но Бетховен нарушает тему совершенно неожиданной нотой, в другой тональности. Прислушайтесь! Бетховен никогда больше не создавал ничего подобного. Он разорвал с прошлым, освободился от подавляющего наследия Моцарта. Отныне и впредь он будет революционером в музыке.

Бетховен сочинил свою героику в 32 года, он начал работу над ней меньше чем через год после того, как оставил своё горькое и безнадёжное «Хейлигенштадтское завещание». Он писал Третью симфонию несколько недель, писал, ослеплённый ненавистью к своей глухоте, словно стремился изгнать ее своим титаническим трудом. Это и в самом деле титаническое сочинение: самая длинная, самая сложная симфония из всех, созданных Бетховеном на тот момент. Публика, знатоки и критики растерялись, не зная, как относится к его новому творению. «Эта длинная композиция есть… опасная и необузданная фантазия… которая часто сбивается в подлинное беззаконие… В ней слишком много блеска и фантазии… чувство гармонии полностью утрачено. Если Бетховен продолжит следовать по такому пути, это будет прискорбно как для него, так и для публики». Так писал критик респектабельной «Всеобщей музыкальной газеты» 13 февраля 1805 г. Друзья Бетховена были более осторожны. Их мнение изложено в одном из отзывов: «Если этот шедевр и не услаждает слух сейчас, то лишь потому, что нынешняя публика недостаточно культурна для восприятия всех её эффектов; лишь через несколько тысяч лет это произведение будет услышано во всем его великолепии». В этом признании явно слышатся слова самого Бетховена, пересказанные его друзьями, вот только срок в несколько тысяч лет выглядит чрезмерно преувеличенным.

В 1793 году в Вену прибыл посол французской республики генерал Бернадот. Бетховен познакомился с дипломатом через своего друга, известного скрипача Крейцера (Девятая скрипичная соната Бетховена, посвящённая этому музыканту, носит название «Крейцеровой»). Вероятнее всего, именно Бернадот навёл композитора на мысль увековечить в музыке образ Наполеона. Симпатии молодого Людвига находились на стороне республиканцев, поэтому идею он воспринял с воодушевлением. Наполеона в то время воспринимали как мессию, способного осчастливить человечество и исполнить надежды, возлагавшиеся на революцию. А Бетховен к тому же видел в нем ещё и великий, несгибаемый характер и огромную силу воли. Это был герой, которого следовало чтить. Бетховен отлично понимал масштаб и природу своей симфонии. Он написал её для Наполеона Бонапарта, которым он искренне восторгался. Имя Наполеона Бетховен написал на титульном листе симфонии.

Но когда Фердинанд Рис – сын дирижёра придворного оркестра в Бонне, который в октябре 1801 г. перебрался в Вену, где стал учеником и главным помощником Бетховена, — сообщил ему о том, что Наполеон короновался и провозгласил себя императором, Бетховен, увы, поддавшийся республиканскому духу, пришёл в ярость. По свидетельству Риса, он воскликнул: «Значит, и этот тоже – самый обыкновенный человек! Отныне он будет попирать ногами все человеческие права в угоду своему честолюбию. Он поставит себя над всеми и сделается тираном!» Бетховен с такой яростью принялся вымарывать имя Наполеона с титульного листа, что прорвал бумагу. Симфонию он посвятил своему щедрому покровителю князю Лобковицу, во дворце которого и состоялось несколько первых исполнений произведения.

Но когда симфония была напечатана, на титульном листе остались слова: «Sinfonia Eroica… per festeggiare il sovvenire di un grand Uomo» («Героическая симфония… в честь великого человека»). Когда Наполеон Бонапарт скончался, Бетховена спросили, не мог бы он написать траурный марш по поводу смерти императора. «Я уже сделал это» — ответил композитор, вне всякого сомнения, имея в виду траурный марш из второй части «Героической симфонии». Позже Бетховену задали вопрос, какую из своих симфоний он любит больше всего. «Героику», — ответил композитор.

Божий Посланник, Мученик Человечества, Новый Прометей, распятый на скале Святой Елены

… Нет, для финала ему требовалось что-то трагическое! Что-то вроде Прометея, прикованного к скале. И Наполеон добровольно поднялся на борт английского военного корабля, сдавшись врагу. Все было продумано безупречно! Его письмо: «Я ищу прибежища у английского народа, под сенью его законов» — и неизбежное решение английского правительства, слишком боявшегося его, чтобы оставить в Европе…

Он провел на Святой Елене шесть томительных лет. Диктовал воспоминания, обдумывал свою жизнь…

Божий Посланник, Мученик Человечества, Новый Прометей, распятый на скале Святой Елены.

«... Тысячелетия пройдут, прежде чем повторятся такие обстоятельства, как мои, и выдвинут другого человека, подобного мне» (Lacour-Gayet G. Napoleon: Sa vie, son oeuvre, son temps. — Paris, 1921. — P.576).

Кирилл Серебренитский: Герцогство Наварр: Забытая корона Жозефины де Богарнэ (II)

Августа Амалия Баварская принцесса
Венецианская великая герцогиня Франкфуртская

7. В мае 1814 года имя Богарнэ было в средоточии всеобщего внимания, и тревожило все правительства и все дворы Европы, особенно короля Франции. Виной тому был российский Император Александр. С половины мая он оказывал самое дружественное, даже чрезмерно напористое внимание императрице Жозефине; романтически ухаживал за её дочерью Ортанс де Богарнэ, бывший королевой Голландии. В Мальмезоне русский царь бывал почти ежедневно. Было известно, что Александр — совершенно не легитимист, что он на грани полного разрыва с союзниками по коалиции; предполагалось, что Эжен де Богарнэ — это русский кандидат на трон Франции.
В конце мая Эжен де Богарнэ прибыл в Париж. Король Людовик принял его неожиданно ласково, почти подобострастно, — чем потряс всех своих приближённых.
29 мая 1814 года, в Мальмезоне, — ошеломительно внезапно, — умерла Жозефина, которая для всех так и оставалась императрицей. Она слегла за четыре дня до того, — ей стало нехорошо после очередной прогулки с императором России. По всем признакам, у императрицы была обычная простуда. Современники практически не сомневались: отравление.
Жозефине было пятьдесят лет (через месяц должен был исполниться пятьдесят один год). Через семь лет именно в таком же возрасте скончается сам Наполеон (и тоже в мае).
Король Франции и Наварры стал менее любезен, правительство Франции был откровенно враждебно ко всему наполеоновскому наследию. Пребывание Эжена де Богарнэ во Франции было решительно невозможно.
В этих условиях титул герцога Наваррского — это была совсем уже опасная коннотация. Но конфисковать или упразднить герцогство Наварр король не решился. Наследником Жозефины был объявлен её единственный по мужской линии внук — маленький принц Огюст Эжен Наполеон де Богарнэ.

Кирилл Серебренитский: Герцогство Наварр: Забытая корона Жозефины де Богарнэ (I)

Герб рода Таше де ля Пажери. 

1. Принято — и во времена Первой Империи, и до сих пор, в пара-исторической литературе, (а что касается жизнеописаний на русском языке, то, увы, совершенно преобладает именно это переводное развлекательное чтиво), — пренебрежительно относиться к происхождению Императрицы Жозефины; она — креолка, американка, с острова Мартиника; к подлинной королевской ноблесс она принадлежала по мужу, — как виконтесса Богарнэ де ля Фертэ; а сама происходила из малозаметного семейства Tascher de La Pagerie.

На самом деле, Императрица французов была отпрыском очень древнего рода. Предки её — безупречные французы, рыцари из Chateauneuf-en-Thymerais; ко времени рождения Жозефины семья была известна уже шесть веков.
Отец Императрицы, Жозеф Гаспар Таше де ля Пажери сеньор де ля Пажери, — отставной драгунский капитан, шевалье ордена св. Людовика; мать была из старого рода des Vergers de Sannois.

В 1142 году упомянут Aimeri Tascher (Aimericus Tascherius), — в анналах аббатства Сен-Мэксент; в 1166 году король Людовик VII дозволил Николя Ташеру строить дом в стенах Орлеана. В Третьем крестовом походе, в 1191ом, побывал сеньор Regnault Tascher; в 1248 году в седьмом крестовом походе, вместе с королём Людовиком Святым, был Arnaud de Tascher.

Далеко не каждый герцогский дом Франции мог похвастаться такой древностью рода и сразу двумя крестоносцами у корня родословного древа.

2. На исходе пятого года Империи, в предрождественские недели, сорокашестилетняя Жозефина, Императрица Французов и королева Италии, Imperatrice des Francais, reine d’Italie, — сошла с трона. 15 декабря 1809 года был зачитан акт развода. На следующий день, 16 декабря, сенатус-консульт официально расторг брак, причём, по указу Императора Наполеон, Жозефина сохраняла до конца жизни титул Императрицы и королевы.

Петро Дрогомирецький: Тарас Шевченко як педагог-просвітитель української нації

Незбагненно: ширяючи у піднебесних висях неперевершеної – світового виміру –філософської поезії, Тарас Шевченко «раптом» звернув свій зір до «простого» – творення й укладання дитячого підручника, видавши майже передсмертного часу «Буквар» [1]. Власне, повна назва його «Буквар південноруський» 1861 року. Дивування з нагальності видання безпідставні, бо поет у нашій пам’яті – великий просвітитель нації, а тому, вочевидь, ішлося про термінове, невідворотне, доконувальне заповнення, чи, радше, «ліквідацію» відчутної лакуни в освіті покривджених «рабів отих німих» на шляху його безперервної, послідовної місії просвітництва. «Цю свою просвітницьку місію Шевченко усвідомлював глибоко і звершував її послідовно – до останнього постуку серця» [2, с.3].

Поет уклав буквар восени 1860 року як посібник для навчання грамоти українською мовою дітей і дорослих у недільних школах (вони відкрилися 1859 року). Ледь не перед самим новим 1861 роком – наприкінці грудня – книжечка була надрукована десятитисячним тиражем, проте на її титульній сторінці позначена не фактична дата появи «продукту», а наступний (1861 рік), що й підтверджено «метрикою» назви й датування на обкладинці оригіналу.
Не побачивши масштабності мислення Т. Шевченка, його побратим по Кирило-Мефодіївському товаристві Пантелеймон Куліш дорікав автору абетки: «Почав “Кобзарем”, а закінчив «Букварем». Несприйняття Пантелеймоном Кулішем «Букваря» Тараса Шевченка можна пояснити його честолюбством та надмірною вимогливістю до друга-однодумця. Адже сам П. Куліш уклав і видав для шкіл «Граматку» (1857 рік) [3].

Автор «Граматки» переслав її до Нижнього-Новгорода, де Т. Шевченко затримався, повертаючись із заслання, в очікуванні дозволу на право жити в Петербурзі. Вітання поета на появу книжки П. Куліша були щирі і сердечні.

Прометей — символiчний образ нескореного народу (за поемою Тараса Шевченка «Кавказ»)

Майже в кожного народу вiд прадавнiх часiв збереглися легенди. Багато легенд i мiфiв народилося в Елладi. Серед них був мiф про Прометея, що розповiдає, як мужнiй титан викрав у богiв вогонь i принiс його людям. За це вiн був жорстоко покараний найсильнiшим з усiх богiв Зевсом: Прометея прикували до скелi. Щодня до нього прилiтав орел i клював печiнку. Але Прометей не скорився, не зрiкся своєï приязнi до людей. I добро перемогло — Геракл його визволив.

Легенда про мужнього титана живе й житиме вiками. Нiколи не загине незламний Прометей, образ якого став символом мужностi, непоборимостi, символом служiння людям, жертовностi в iм’я людей.

Багато письменникiв рiзних часiв звертаються до образу легендар ного героя. Ним надихалися i античнi автори, i письменники пiзнiших часiв: Кальдерон, Вольтер, Шеллi, Гете, Байрон, Рилєєв. Знаходимо ми образ Прометея i в творах украïнськоï лiтератури: у «Соборi» Олеся  Гончара, у Лесi Украïнки («В катакобмах»), у Андрія Малишка, у Iвана Драча, у Iгоря Муратова та iнших.

Особливе мiсце посiдає образ Прометея в поемi Шевченка «Кавказ» (адже за легендою мужнiй титан був прикований до скелi саме в горах Кавказу). Великий Кобзар в легендарному образi показує незборимiсть, безсмертя народiв, хай поневолених, але нескорених — свого рiдного, чи росiйського, чи народiв Кавказу…

Тарас Шевченко: Кавказ: поема

Искреннему моему Якову де Бальмену

Кто даст главе моей воду,
И очесем моим источник слез,
И плачуся и день и нощь,
о побиенных…
Иеремии глава 9, стих 1

За горами гори, хмарою повиті,
Засіяні горем, кровію политі.

Споконвіку Прометея
Там орел карає,
Що день божий добрі ребра
Й серце розбиває.
Розбиває, та не вип’є
Живущої крові –
Воно знову оживає
І сміється знову.
Не вмирає душа наша,
Не вмирає воля.
І неситий не виоре
На дні моря поле.
Не скує душі живої
І слова живого.
Не понесе слави бога,
Великого бога.

Не нам на прю з тобою стати!
Не нам діла твої судить!
Нам тілько плакать, плакать, плакать
І хліб насущний замісить
Кровавим потом і сльозами.
Кати згнущаються над нами,
А правда наша п’яна спить.

Войцех Якубик: Энергетический прометеизм – это сегодня realpolitik. Пришло время, чтобы мы снова начали побеждать

Геополитическая ситуация в Европе связана с соперничеством за доступ к энергии. В данный момент игра складывается так, что открываются шансы для Польши и других стран Центрально-Восточной Европы. Пришло время, чтобы мы снова начали побеждать. Наилучшим оружием будет для нас энергетический прометеизм, — пишет Войцех Якубик.

Польский прометеизм издавна упрекают в излишнем идеализме, который якобы приводит к тому, что идею разрывания бывшей российской империи по национальным швам невозможно осуществить на практике. Между тем Варшава не сдаётся и с небольшими перерывами продолжает сизифов труд. Особенно в энергетике видна возможность воплотить в реальность благородную прометейскую идею. Тут могут пожать друг другу руки философы из краковской кофейни и инженеры из Горно-Металлургической Академии. Их может объединить «энергетический прометеизм».

Международное Энергетическое Агентство в своём последнем энергетическом обзоре предвидит великие геополитические перемены, к которым приведёт сланцевая революция в США. Она может иметь последствия подобные промышленной революции XIX века. По мнению экспертов МЭА, нас ждёт эра дешёвой энергии. Это будет иметь последствия для геополитики. Особенно сильно это ослабит Россию и Саудовскую Аравию. Потому что обе страны являются «petrostates», опирающими свою политику на доходы от продажи нефти и природного газа. Когда, благодаря переменам в США, которые распространятся на весь мир, эти энергоносители станут обыденностью и утратят свою исключительность, вместе с ними рухнут опоры внешней политики энергетических держав. С польской точки зрения наиболее интересной в этом контексте будет судьба России. Согласно данным агентства Deloitte, массовый экспорт американского сжиженного газа в Европу серьёзно уменьшит её прибыли, получаемые от продажи этого энергоносителя на Запад. Также и Польша может внести тут свою лепту. Именно в этом направлении открывается перспектива для польской восточной политики, диктуемой прометейскими идеалами. Чтобы отодвинуть границы российского влияния как можно дальше и сделать наш регион как можно более стабильным.

Что такое прометеизм?

Półrocznik «Nowy Prometeusz» / Піврічник «Новий Прометей»

Nr ISSN 2081-206X

Od momentu powstania czasopisma Nowy Prometeusz jego wersja drukowana jest wersją pierwotną.

Nowy Prometeusz jest czasopismem specjalistycznym, dotyczącym stosunków politycznych, kulturowych, gospodarczych i wyznaniowych na obszarze Europy Wschodniej, Azji Środkowej i basenu Morza Czarnego.

Inspiracją do stworzenia czasopisma były takie tytuły jak: Prométhée, a następnie La Revue de Prométhée wychodzące w Paryżu w latach 1926 – 1940 dzięki wsparciu ówczesnych polskich władz. Prometeizm, choć dziś z oczywistych względów nie aktualny w oryginalnym znaczeniu jako ideologia i praktyka polityczna, może stanowić wzór rozwijania badań i popularyzowania wiedzy o Europie Wschodniej, Azji Środkowej i basenie Morza Czarnego w Polsce.

Na łamach Nowego Prometeusza będą publikowane, inicjowane m.in. przez redakcję, debaty z udziałem polskich i zagranicznych ekspertów na tematy związane wielowymiarową obecnością Polski na wyżej wymienionych obszarach. Zamieszczane będą również materiały dotyczące ważnych dla Polski procesów transformacji różnych dziedzin społecznego i politycznego oraz rozwoju relacji tych państw zarówno z Zachodem, jak pomiędzy sobą. Czasopismo będzie źródłem wiedzy i miejscem dla dyskusji na tematy historyczne oraz platformą służącą wzbogacaniu wiedzy i uzupełnianiu tradycji polskiej myśli politycznej z okresu międzywojennego. Nowy Prometeusz stawia sobie za cel przybliżanie postaci, które w ruchu prometejskim i polityce tego okresu odegrały istotne role.

Олег Гуцуляк: А ми переможемо всупереч пактів!

Ми знову йдемó – на порозі досвітних
леліємо образ свободи і Бога.
Здіймаються душі у небо зі злітних,
за обрій лягає для серця дорога...

Нехай нас чекають важкі переправи,
нехай перевали із гострим камінням!..
Ми знаємо – там, де каяльнії трави,
там поле для битви зла зі сумлінням.

Ми сходимо тільки до храму і Сонця.
Легкі в нас пісні і жінки у нас відьми.
Надбає рятунок в дитячій долонці
промінчик надії – вільним і рідним.

Ми хочемо й будемо попри злотнечі!
Ми вдаримо градами й смерчами гадів!
Титанами правди пригнічені плечі
розправимо наступом у авангарді...

І зникнуть в проваллі історій і трактів
останніх імперій останні пророки...
А ми переможемо всупереч пактів –
we are the others – карбуємо кроки.

Василий Панченко: Прометей, патриот, протестант

Прометей, в ряде других замечательных качеств, выражается в таких высоких устремлениях как в патриотизме, страстном желании отдать жизненно важное — огонь людям, готовности пожертвования самим собой.

Джордж Гордон Ноел Байрон родился 22 января 1788 года в Лондоне в английской аристократической семье, образование получил в Кембриджском университете, потомственный член палаты лордов. С первого своего поэтического сборника, вышедшего в 1807 году, с девятнадцати своих юных лет Прометей-поэт Байрон приковал себя патриотическими цепями. Английские барды, узрев талант, возжелали приобщить молодое дарование к своей «школе», пишущей оды существующим порядкам и природе. Ответ Байрона английским бардам последовал незамедлительно, продемонстрировав истинное назначение поэта, несущего огонь просвещения своему народу.

Таким же страстным было и первое выступление молодого лорда Байрона в английском парламенте в 1812 году. Честь поэта, долг патриота, несущего огонь Прометея звучали в речи лорда Байрона, горячо желавшего защитить права униженного и голодного люда. Эта и последующие речи лорда Байрона не возымели надлежащей реакции в парламентской среде.

George Gordon Byron: Prometheus / Джордж Байрон: Прометей (1816): переводы и оригинал

Лорд Джордж Ноэл Гордон Байрон: Прометей

1

Титан! На наш земной удел,
На нашу скорбную юдоль,
На человеческую боль
Ты без презрения глядел;
Но что в награду получил?
Страданье, напряженье сил
Да коршуна, что без конца
Терзает печень гордеца,
Скалу, цепей печальный звук,
Удушливое бремя мук
Да стон, что в сердце погребен,
Тобой подавленный, затих,
Чтобы о горестях твоих
Богам не смог поведать он.

Олесь Бердник: Прометей: варіант повісті «Гіпатія» (Лабіринт Мінотавра)

Бердник Олесь. Прометей: Повість / Літературна сильветка О. Бердника — Ігор Качуровський. Ред. та упоряд. А. Гайдамаха. — Мюнхен : Українське видавництво, 1981. — 255 с.

Oles Berdnyk. Prometheus / Translated by Roma Franko. — Toronto: Language Lanterns Publications, Inc., 2012. — 273 p. — ISBN: 978-0-9877750-1-6

«Прометей» означає «той, хто передбачає», або трошки інакше можна сказати — «той, хто бачить МЕТУ». Це саме завдання — передбачити те, що чекає людство попереду — поставив перед собою Олесь Бердник. «ПроМетей» — це могло бути й персоніфікованим ім’ям ідеального письменника-фантаста і цей епітет надзвичайно влучно характеризує й творчість Олеся Бердника. Він зазирає вперед і на десять тисяч років — вже в перших романах, а далі — і на мільйон і на мільярд літ. Іван Єфремов описав майбутнє Землі через 1,5 тис. років. і це теж вражало,  Олесь Бердник постійно прагне за межі часу і простору. Подібно до Франка в «Каменярах», він закликає в

своєму «Корсарі» — «Бийте в скелю часу! Вона впаде». Книги Олеся Бердника є унікальними не лише в українській літературі за масштабністю охоплення і динамічністю викладу, за метою своєю — змалювати людину-титана, людину, яка повертається як господар до втраченої колись Зоряної Домівки. Книги ці вражають оптимізмом і полум’яністю. Романтична література в попередні часи маніфестувала себе в діапазоні від мрійливої елегійності до похмурої буряності, література фантастична, як правило, характеризувалася дещо сухуватою розсудливістю. Олесь Бердник з’єднує ці два потоки літератури, з’єднує їх і зі старовинним жанром легенди Й казки і цей синтез дуже відрізняється від інгредієнтів.

© Олександр Кіхно,
кандидат філологічних наук, старший науковий співробітник Ін-ту філософії НАН України

«Обновленное евразийство» Святослава Малевского-Малевича

S. de MALEWSKY (1905-1973) Le Loiret Huile sur to

С идеей о том, что странам Запада нужно сближение с СССР против Азии и «жёлтой угрозы» в лице Китая выступил в начале 70-х гг. ХХ в. с манифестом «обновленного евразийства» художник-постимпрессионист, химик и граф Святослав Малевский-Малевич (1905-1973), бывший еще в 1931 г. одним из организаторов съезда евразийцев в Брюсселе, на котором был избран в президиум, а в 1950-1957 гг. работавший первым секретарем бельгийского посольства в Москве, а ранее – служил в Бельгийском Конго, бельгийском посольстве в Берне и в миссии в Израиле, а в 1964-1973 гг. администратром газеты «Русская мысль». Как в эмигрантских, так и советских кругах он имел репутацию «сотрудника бельгийской и британской контрразведок». Позже, вскрыв в евразийском движении агентурную сеть ОГПУ-НКВД, С. Малевский-Малевич вместе со своей женой известной писательницей Зинаидой Шаховской порывают с «ортодоксальным евразийством» [Прудников А.Ю. к истории евразийской идеи: С.С. Малевский-Малевич и его проект обустройства России // Вестник Пермского университета. История. – 2011. – Вип. 1 (15). – С.149-155. – http://cyberleninka.ru/article/n/k-istorii-evraziyskoy-idei-s-s-malevskiy-malevich-i-ego-proekt-obustroystva-rossii].