После проведения в Бишкеке недавней VII конференции «Тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: истоки и современность» и публикации в некоторых информагентствах спорных мнений относительно «тэнгрианской религии», и данных комментариев в связи с этим, где поднимается вновь вопрос о наличии книжности в тэнгрианстве, хотелось бы отметить следующее:
Ранее нами были сделаны предположения, что основным и первичным ядром тэнгрианского мировоззрения было саянидское камство (эрлик-камство и тэнгри-камство), возникшее на территории Саяно-Алтая в древнепалеолитический период, период вулканической деятельности (взаимодействие человека, вулкана-эрлика и неба-тэнгри – см. Н.В. Абаев, А.А. Соскал). Символика петроглифических изображений «роженицы» периода неолита в Саяно-Алтае совпадает с аналогичной символикой этого же периода цивилизации Чатал-Хююка в Анатолии. Для Чатал-Хююка, согласно профессора антропологии Оксфордского Ун-та Х. Вайтхауса (Harvey Whitehouse) и профессора Стэнфордского Ун-та Я. Ходдера (I. Hodder), была характерна имаджитивная религиозность, которая опирается на экстатические ритуалы с высоким эмоциональным напряжением, экстазом. Имаджитивной религиозности чужда централизация, она не продуцирует возникновение иерархических структур. Имаджитивный вид религиозности в целом гораздо древнее доктринального – он восходит, по меньшей мере, к верхнему палеолиту.
И хотя для более поздних форм камства (и тэнгри-камства) уже характерны некоторые черты доктринальной религиозности, все же, как нам кажется, в нём преобладают имаджитивные элементы. Кам непосредственно в состоянии экстаза общается с духами (ару нäмä), которые выступают проводниками и посредниками между ним и богом (Кудаем). Поэтому в тэнгри-камстве отпадает необходимость в наличии какой-либо доктринальной книжности. Духи (ару кöрмöс'ы) непосредственно участвуют в тайной беседе с камом. А.В. Анохин отмечает, что для алтайцев такая беседа была столь естественной, что после православных богослужений они спрашивали этнографа: «а что отвечают ваши духи, когда молится священник?». Французский антрополог и монголовед Р.Н. Амайон приходит к выводу, что именно опора кама на устные формы коммуникации в силу своей прагматичности привело к отсутствию письменно фиксированных текстов камлания.
Ранее нами были сделаны предположения, что основным и первичным ядром тэнгрианского мировоззрения было саянидское камство (эрлик-камство и тэнгри-камство), возникшее на территории Саяно-Алтая в древнепалеолитический период, период вулканической деятельности (взаимодействие человека, вулкана-эрлика и неба-тэнгри – см. Н.В. Абаев, А.А. Соскал). Символика петроглифических изображений «роженицы» периода неолита в Саяно-Алтае совпадает с аналогичной символикой этого же периода цивилизации Чатал-Хююка в Анатолии. Для Чатал-Хююка, согласно профессора антропологии Оксфордского Ун-та Х. Вайтхауса (Harvey Whitehouse) и профессора Стэнфордского Ун-та Я. Ходдера (I. Hodder), была характерна имаджитивная религиозность, которая опирается на экстатические ритуалы с высоким эмоциональным напряжением, экстазом. Имаджитивной религиозности чужда централизация, она не продуцирует возникновение иерархических структур. Имаджитивный вид религиозности в целом гораздо древнее доктринального – он восходит, по меньшей мере, к верхнему палеолиту.
И хотя для более поздних форм камства (и тэнгри-камства) уже характерны некоторые черты доктринальной религиозности, все же, как нам кажется, в нём преобладают имаджитивные элементы. Кам непосредственно в состоянии экстаза общается с духами (ару нäмä), которые выступают проводниками и посредниками между ним и богом (Кудаем). Поэтому в тэнгри-камстве отпадает необходимость в наличии какой-либо доктринальной книжности. Духи (ару кöрмöс'ы) непосредственно участвуют в тайной беседе с камом. А.В. Анохин отмечает, что для алтайцев такая беседа была столь естественной, что после православных богослужений они спрашивали этнографа: «а что отвечают ваши духи, когда молится священник?». Французский антрополог и монголовед Р.Н. Амайон приходит к выводу, что именно опора кама на устные формы коммуникации в силу своей прагматичности привело к отсутствию письменно фиксированных текстов камлания.

















