Ярослав Мельник, Наталія Криворучко: Типологія стратагем мислення у контексті державотворчих інтенцій

У статті робиться спроба узагальнити багаторічний досвід спостереження та вивчення ментальної типології. Пропонується  класифікація складників, які формують цільно-системний етнотип. Думки, викладені у статті, можуть бути ключем до пояснення багатьох фактів соціального та етнокультурного планів минулого та сьогодення.

 Ключові слова: ментальність, ментальний тип, стратагема, аграрний тип мислення, державотворення

На сучасному етапі розвитку гуманітарної науки менталітет нації є одним із ключових об’єктів дослідження у різних галузях знань – лінгвістиці, психології, етнології, культурології, філософії, політології, логіці, теорії штучного інтелекту та багатьох інших [1, 2]. Наукові розробки пропонують низку підходів до інтерпретації цієї категорії. Причиною активної уваги авторитетних учених до ментальності є прагнення збагнути специфіку способу, стилю та стратегії мислення тієї чи іншої нації. Саме тому в науковій практиці існує розгалужена низка розумінь і тлумачення цього поняття. Г. Смітюх  та В. Стрілецький визначають ментальність як «характер та лад людського мислення, що реалізується на рівні свідомості, але базується на структурних елементах сфери підсвідомого, що включають в себе архетипи як окремої особистості, так і етносу в цілому» [13].

Олег Гуцуляк: Гламур і «туга за жахом»

Міфологізація притаманна сучасному «демо-ліберальному» суспільству ринкової економіки. В ньому міфом стає образ «золотого віку добробуту, вічної молодості та еротизму» (гламур), який ним, начебто, вже реалізований. Пропагується «масовий гедонізм» – уявлення про те, що тільки у стані радості, вдоволення, добробуту, естетизму (насолоди красою) людина тільки і є сама собою. Начебто в теперішню епоху «злиття виробництва та насолоди» (за Г. Маркузе) знімаються всі перешкоди для принципу задоволення та припиняється пригнічення «тваринних потягів людей», й індивідові надалі байдуже, що на «вищому рівні» цивілізації він перебуває в стані «відчудження від своєї буттєвої сутності».

Демо-лібералізм породжує «нового люмпена», який орієнтується тільки на споживання і який не знає вищих вимірів буття, не має жодних обов’язків перед історією та культурою.

Ярослав Мельник, Наталія Криворучко: Феномен страху у сучасному соціально-політичному дискурсі

Собака зазвичай гавкає не для того, щоб налякати,
а тому, що йому самому страшно

Сучасна цивілізація зі своїми викликами і перспективами створює необхідність формування нових парадигматів мислення, свідомості й поведінки. В добу глобалізації форсований розвиток суспільних та державотворчих процесів робить очевидним необхідність розгляду страху як соціально-політичного, культурного феномену, що породжує різні форми тоталітарно-диктаторських та ін. маніпулятивних режимів, консервацію усталених суспільних ієрархій, які є відвертим анахронізмом, стають джерелом виникнення насильства, порушення прав і свобод людини. Необхідно зазначити, що гуманітарною наукою не проведено комплексного дослідження такого унікального явища, як «страх», та можливостей його практичного застосування в контексті формування соціальних систем. Крім цього, більш ніж актуальним залишається питання еволюційних наслідків та поетапних результатів у формуванні нових політичних пейзажів у планетарному масштабі.

Стихійні бунти і соціальні вибухи, локальні конфлікти і конфлікти глобальних масштабів стали типовим явищем нашого сьогодення. Непевність у заданому напрямку руху, зважених соціальних стратегій не лише породжують страх перед новим та невідомим, а й консервують застарілі ознаки режимів, породжують армії апологетів, які відстоюють ідеї існуючих або нещодавно ліквідованих систем та устроїв. Під впливом цього незмінними залишаються моделі поведінки та дезактивуються цінності, які діяли в минулій епосі, однак не є функціональними в нових умовах.

Фрэнсис Фукуяма: Будущее Истории

Фрэнсис Фукуяма – старший научный сотрудник Центра по вопросам демократии, развития и права при Стэнфордском университете, а также автор недавно опубликованной книги «Происхождение политического устройства: от досоциальных времён до Французской революции».

Что-то странное происходит сегодня в современном мире. Как мировой финансовый кризис, так и начавшийся в 2008-м году и продолжающийся до сих пор кризис евро – продукты модели слегка регулируемого финансового капитализма, всплывшие на поверхность в течение трёх последних десятилетий. Однако, несмотря на широко распространённое раздражение дотациями Уолл-стриту, никакого серьёзного подъёма левого американского популизма в ответ не произошло. Вполне возможно, что движение «Оккупируй Уолл-стрит» будет набирать обороты, но до настоящего времени самым динамичным за последнее время народным движением было движение Чаепития, чьей основной мишенью стало государственное регулирование, направленное на защиту простых людей от финансовых спекулянтов. Нечто подобное верно и для Европы, где левые анемичны, а правые популистские партии находятся в движении.

Для отсутствия левой мобилизации существует несколько причин, но главная из них – провал в сфере идей. В последнее десятилетие высокая идеологическая основа экономических задач поддерживалась либертарианским правом. Левые были не способны предложить на повестку дня какие-либо внушающие доверия соображения, кроме возвращения к неприемлемой форме старомодной социал-демократии. Это отсутствие приемлемой прогрессивной национальной идеи вредно, потому что конкуренция полезна как для интеллектуальных дебатов, так и для экономической активности. А серьёзные интеллектуальные дебаты крайне необходимы, поскольку нынешняя форма глобального капитализма разрушает социальную базу среднего класса, на которой покоится либеральная демократия.

Обращение к монархистам Украины! Звернення до монархістів України! (на русском и украинском языках)

Обращение к монархистам Украины!

Украинцы на протяжении двух веков – были лишены государственности, и само существование нации было под сомнением. Тем более злободневен для Украины: 1) поиск сопричастности — по закону и по духу — Традиции, непрерывно длящейся сквозь тысячелетия; и решающе важно — 2) обретение доказательств прямого и равного родства украинской Державы с христианской цивилизацией, с Европой.
Самый ясный, осязаемый символ родовой сопричастности Истории и кровного родства – это символы монархического устройства: Корона и Династия.
И по многим другим параметрам монархическая власть на Украине представляется нам наилучшей.
Свидетельством тому служат политические события последнего десятилетия. Очевидно, что современные украинцы слишком свободолюбивы, и потому не смогут снова отдаться единопартийной или единоличной власти политического диктатора. И при этом слишком нуждаются в покое и упорядоченности бытия – почему и не удовлетворяются суетной и зыбкой парламентской республикой.
Запад и восток Украины – это две во многом различные концепции государственности, два геополитических вектора, две национальные истории.
Запад сохраняет наследие королевства Галиции и Лодомерии, Восток – наследие Гетманства.
Впрочем, оба течения сходятся в главной позиции — необходимости наследственности власти, в поисках Династии.
Для успеха монархического движения решающе важно Династическое Имя; монархия не может быть безымянной, или стремительно меняющей имена (как республика).
Имя должно быть не просто результатом исторических хитросплетений. В наше время в нём должна заключаться нуменозная энергия, оно должно быть сияющей Орифламмой Нации, даже при отсутствии знаменосцев.
Между тем Династии в Украине сейчас нет.

Максим Борозенец: Просветление после Просвещения

1. «Что внизу, то вверху, и что вверху, то внизу»

Вы чувствуете? Под нашими ногами неслышно шевелятся громадные тектонические плиты, неощутимо передвигая дремлющие туши континентов в бассейне океана. По всей поверхности планеты и в ее пульсирующих недрах неутомимо текут воды, осуществляя круговорот жизни во всех ее разнообразных формах. Воды насыщают почву и переполняют океаны, которые пенящимися пастями набрасываются на берега, отвоевывая песчинку за песчинкой. Время от времени из самого сердца земли прорывается сокровенный огонь, и властно осаждает безутешные поползновения моря. Клубящийся пар, рождающийся в средоточии воды и огня, уносится вверх, в синее небо, где за берегами верхних вод продолжается все то же противостояние в образах вещества и пустоты, света и хаоса.

Мироздание находится в непрерывном движении. Его постоянное обновление – лишь проявление неизменной Вечности, которая зиждится на приципе, что всё запечатлевается в противоположностях, которые самотождественны. Посреди этого парадокса неуверенно стоит Человек и время от времени пытается набросить на него упряжь своих логических построений, чтобы не только разглядеть и познать эту Истину во всех эфемерных формах, но и подчинить ее своей самонадеянной воле, и заставить служить нелепому гордому разуму.

Максим Борозенец: Генон и новый Интегральный Путь: Традиция – миф прошлого или программа будущего?

1.

Европейские идеи, пересаженные на русскую почву, всегда расцветают неожиданным образом. То же произошло и в отношении традиционализма, который как учение всегда связывается с именем Рене Генона. Все русские исследователи Традиции, начинающие свой путь с трудов Генона, в последствии так или иначе отступают от ортодоксального генонизма. В чем же особенности русского традиционализма?

Как известно, Рене Генон считал Примордиальную Традицию утраченной навсегда и провозглашал неизбежное усугубление Царства Количества до полного падения, когда «космическое Яйцо откроется снизу», и в мир потекут Гог-Магог и прочие инфернальные креатуры в преддверие Конца Света. Таково мрачное и безальтернативное будущее Запада. В этом позиция Генона перекликалась с другими континентальными мыслителями конца XIX века, наглотавшимися угара нигилизма, и в унисон пророчащими окончательный закат Запада – Ф. Ницше, О. Шпенглер и др. В этот список можно добавить и К. Маркса, для которого воплощением извращенного духа Запада был Капитал.

Однако, это позиция уже законченного «генонизма», в котором выразилась как интеллектуальная мода, так и личное разочарование автора европейской духовностью. Мы знаем, что Генон всю жизнь вел активную духовную деятельность — состоял во многих тайных обществах, писал различные исследования Сакрального и издавал их в виде печатной периодики. К концу жизни Генон решительно становится на сторону восточной эзотерики и метафизики, избрав для себя судьбоносный компромисс – он принимает суфизм, эту мистическую традицию Востока на грани религиозности Запада.

Игорь Яковенко: Русский вопрос и русская цивилизация

Путин спасает Россию от болотных гиен

Часть первая.

На первый русский вопрос: Кто виноват? – я отвечаю последние тридцать лет*. В результате накопились ответы, и сформировалось более или менее целостное видение проблемы. В рамках этого видения я и предлагаю начать разговор о стратегии преобразования базовых оснований культурного сознания.
Оговоримся, я не отвечаю на вопрос – как можно сделать то, что я предлагаю. Любая культура противостоит качественным преобразованиям и блокирует эти тенденции. Кроме того, качественные преобразования всегда затрагивают социальные интересы мощных и влиятельных групп. В случае с Россией, противостояние будет многоуровневым и многообразным по своей стратегии и тактике. Можно ожидать консолидации сил исторической инерции, выходящих на «последний бой» с врагами Святой Руси. Я отвечаю на вопрос: что можно сделать для трансформации культуры, критически неадекватной вызовам времени. Иначе: можно ли в принципе трансформировать устойчивые цивилизационные модели?
Чаще всего люди со стороны трактуют сторонников цивилизационного видения как эссенциалистов, утверждающих наличие неизменных и вечных качеств вещей, объединённых некоторой родовой характеристикой. Раз у России сложилась такая ментальность, то быть ей таковой навечно. Прежде всего, в этом суждении содержится имплицитная уверенность в вечном характере объекта «Россия», что есть чистая химера. Ничто не вечно, а иррациональная убежденность в вечности «своего» народа или его культуры – одна из универсальных иллюзий, которую культура формирует у своих носителей и в этом — одно из проявлений манипулирования человеком со стороны культуры.

Rasseyanen: Толковый словарь российского патриота-государственника

Этот словарь родился по итогам многочисленных бесед с истинными патриотами-имперцами — подобные персонажи табунами бегают по интернетам.

Бог-император Сталин — Божество в пантеоне российских патриотов-государственников. Отличается небывалым могуществом и талантами во всех сферах общественной и политической деятельности. Спустившись с небес, этот суровый, но справедливый бог спас русский (см.Русские) народ от жидов-революционеров, после чего даровал российским патриотам индустриализацию, победу над фашизмом, полёт в космос, ракетно-ядерный щит и массовые расстрелы (см.Репрессии) всех, кого надо. Ходят также упорные слухи об излечении больных наложением рук, воскрешении мертвых и кормлении голодных семью хлебами. Был коварно умерщвлен злодейскими жидами (см. Жиды).

Сергій Чаплигін: Сучасне рабство

Існує дві основні касти: сучасні раби (95% населення), і сучасні рабовласники (5% населення). Сучасне рабовласництво здійснюється в завуальованій прихованій формі.

Сучасні раби ніби-то самі вибирають працювати «за їжу», тому що у сучасних рабів всі зароблені гроші йдуть на харчування і житло! Раби в минулому працювали безкоштовно за їжу і за житло. Сучасні раби «заробляють» рівно стільки, щоб оплатити житло та їжу. ТАКИМ ЧИНОМ ПІСЛЯ ОПЛАТИ ЖИТЛА І ЇЖІ У СУЧАСНИХ РАБІВ НЕ ЗАЛИШАЄТЬСЯ ГРОШЕЙ, більше того, ще й наростають БОРГИ! Сучасні раби також як і раби давнину НЕ володіють засобами ВИРОБНИЦТВА. Сучасні раби також як і раби в давнину НЕ МОЖУТЬ втекти з ТЕРИТОРІЇ, адже у сучасних рабів немає грошей на втечу! Таким чином, СУЧАСНІ РАБИ НІЧИМ НЕ відрізняються від рабів минулого! І сучасний суспільно-політичний лад на планеті є витонченим і прихованим рабовласництвом.

Сучасні раби примушуються до роботи наступними прихованими механізмами:

Яна Бражникова: Эмоциональный капитализм в поисках добровольцев

Ненависть к «кремляди», «сукам», «жуликам», «ворам» – драгоценное мирро, которое терпеливо собирают и аккумулируют те, против кого она вроде как направлена, понимая, что, в отличие от консервативной верности, патриотизма или даже «здравого смысла», протестные эмоции всегда конвертируются в подлинные – позитивные – ценности.
Рынок обрел новую метафизику, новый способ легитимации, обосновывающий «честный отъем денег у населения». После того, как знаменитая «невидимая рука Рынка», долгое время ловко восстанавливавшая первозданную гармонию в нашем лучшем из миров, стала дряхлеть и в конце концов отсохла – на повестке дня встала задача, которая в среде экономистов, философов, социологов и политологов была сформулирована с предельной откровенностью: поиск новой, другой, «невидимой руки». На это были брошены усилия теоретиков, которые в России, к слову сказать, возглавил т.н. Институт экономической политики им. Егора Гайдара.
И вот – ура! – найдена новая генетическая формула, омолаживающая тело Капитала – Эмоциональный капитализм (Эмоционный – уточняют ученые, справедливо опасаясь, чтобы мы не подумали, будто это сам капитализм испытывает какие-то эмоции). В честь новой невидимой руки сегодня собираются круглые столы, пишутся аналитические исследования, выделяются исследовательские гранты. Общая суть такова: мы теперь наконец-то не будем больше «париться» с производством, логистикой, хранением, оплатой и распродажами в традиционном смысле слова; новый эмо-Рынок становится пространством обмена не «товарами» или «услугами» – и даже не «смыслами», «идеями» или «технологиями» – но именно эмоциями.

Бируте Ланге: Неизбывная память…

Представляем вниманию читателей эссе нашего нового автора из Латвии!

Мне лишь слезы тихие ронять,
Кланяясь земле благословенной...

Почему же все именно так? Вот наиболее сложный и в то же время удивительный вопрос. С него же все начиналось, а ответом, верно, и закончиться. Ведь есть стремление к тому, чтобы в конце всего духовного пути и был ответ. Да и сам путь, уже может служить ответом на это «почему». Почему балтийская земля навечно в душе моей.
И, думается, завершение пути будет трагическим и красноречивым ответом, что скажет больше, чем любые слова.
И было известно начало этого всего, глубинная основа, источник того, что связывает с древней традицией. Так дан был путь на этой земле, дан свыше, преисполненный волей Богов.
Можно было ясно ощутить это, так как многое было даровано видеть глазами своей души.
Кровь моя сольется когда-нибудь с землей предков. В ней же дух древний, превечный, та Сила, часть которой и во мне есть. Язык этой священной земли – песня души моей, то, что жизнь ей дарует, и единство с древними святынями. Вряд ли стоит все же задаваться вопросом, «почему». Просто путь мой сквозь это шел, и на это была не моя воля, а воля, дарованная свыше. Да, это и есть наивысшая воля. Ею же, мой путь и привел меня к тому, что вечно и свято.
Так поздно…Но нет, Единство с родной землей было у меня всегда. Но верно, нужно было на время отдалиться от них, чтобы лучше понять, какими величественными они были, есть и будут.

Константин фон Хоффмейстер: Настоящий национализм

Константин фон Хоффмайстер
поэт, независимый культуролог, эссеист, инициатор проекта «Национал-Футуристическая Партия Европы»

Первая часть

Человеческий род - это конструкция. Он не реален. Человеческие популяции слишком сильно отличаются, чтобы иметь общую судьбу. Белая раса - это конструкция. Это не реальность. Белые народы слишком отличаются, чтобы иметь общую судьбу. Нации это объединения этнически однородных народов связанные с почвой. Белый национализм – идеология глобализации и таким образом это вообще не настоящий национализм. Фашизм и национал-социализм оба были империалистическими идеологиями. Реальный национализм – враг империализма и глобализации. Реальный национализм является сепаратистским и демократичным. Реальный национализм стремится разбить большие искусственные структуры (такие как империи) и восстанавливать естественные этнические образования (такие как нации).

Представляем: Туранлы Ферхад Ґардашкан Оглу

Туранли Ферхад Ґардашкан Оглу —  доктор історичних наук,  тюрколог, культуролог, етнолог.

Основна тема наукових досліджень:
Проблеми історії міждержавних відносин України, зокрема з Туреччиною в XVI-XVIII століттях та османської палеографії.
 Сфера наукових інтересів:
Археографія, джерелознавство, етнолінгвістика.

Туранли Фeргад Ґардашкан Оглу (нар. 26 грудня 1960 р., Азербайджан). Український науковець, доктор історичних наук, сходознавець-тюрколог, українознавець, професор кафедри загального і слов'янського мовознавства факультету гуманітарних наук Національного університету «Києво-Могилянська академія». Громадянин України.

У 1977–1979 роки жив і працював в Баку. У 1979–1981 роках служив у лавах армії у Львові та Івано-Франківську (Україна). У 1986 році створив сім’ю, має доньку та онука. Згодом працював в органах МВС України, зокрема в школі міліції. 

У 1992 році закінчив історичний факультет Івано-Франківського державного педагогічного інституту імені Василя Стефаника за спеціальністю «Історія». В 1993–1996 навчався в аспірантурі Прикарпатського національного університету за спеціальністю «Всесвітня історія». 

У 1994–1996 роках і в жовтні 2001 року проходив практику в Стамбульському університеті та досліджував писемні джерела в турецьких архівах і бібліотеках, які стосуються теми його дисертації, а також вивчав османсько-турецьку палеографію, історію релігії та культури. 

У 1997 році захистив дисертацію на здобуття наукового ступеня кандидата історичних наук у спеціалізованій вченій раді Інституту української археографії та джерелознавства імені Михайла Грушевського Національної академії наук України, а в 2003 році закінчив докторантуру цього інституту. Досліджує проблеми історії міждержавних відносин України, зокрема з Туреччиною в період XVI–XVIII століть. 

12 жовтня 2017 року захистив дисертацію на здобуття наукового ступеня доктора історичних наук за темою «Козацька доба історії України в османсько-турецьких писемних джерелах (друга половина XVI – перша чверть XVIII століття)» у вигляді монографії за спеціальністю 07.00.06 – історіографія, джерелознавство та спеціальні історичні дисципліни в спеціалізованій вченій раді Д 26.001.20 Київського національного університету імені Тараса Шевченка Міністерства освіти і науки України.

Славой Жижек: Лишь горящая церковь светит

Почему теология вновь становится объектом интереса радикальной политики? Интерес к ней вызван отнюдь не желанием божественного «большого другого», как гарантии конечного успеха всех наших усилий. Наоборот, теология становится неким символом нашей радикальной свободы – без какого-либо «большого другого», на которого можно было бы положиться.

Федор Достоевский знал о том, что бог наделяет нас свободой и ответственностью. Что он отнюдь не добрый учитель, ведущий нас безопасным путем. Наоборот, он напоминает нам, что все целиком в наших руках.

Здесь мы сталкиваемся с богом из старого анекдота о большевиках, где коммунист-пропагандист после смерти попадает в ад – но вскоре ему удается убедить охрану отпустить его в рай.

Когда же дьявол замечает отсутствие пропагандиста, он идет к богу, требуя, чтобы тот вернул в ад принадлежащее сатане. Но как только он обращается к богу: «Господь», тот сразу перебивает его словами: «Во-первых, не господь, а товарищ. Во-вторых, ты что веришь во все эти сказки? Меня же не существует. В-третьих, давай покороче – а то я опаздываю на партсобрание».

Именно такого рода бог нужен настоящим левым: бог, который полностью вочеловечился – наш товарищ, распятый вместе с двумя отверженными; бог, который не только «не существует», но и сам об этом прекрасно знает, признавая собственное небытие и всецело предаваясь любви, соединяющей воедино всех членов Духа Святого (партии или эмансипативного коллектива).
Католицизм часто называют компромиссом между «чистым» христианством и язычеством – но что же тогда в сущности можно определить как христианство? Протестантство? Нет. Нужно шагнуть дальше: по сути, единственным настоящим христианством, до конца приемлющим все следствия того события, что легло в его же основу (смерть бога) – является атеизм.

Испанский анархист Буанавентура Дурутти говорил: «Лишь горящая церковь светит». И он был прав, хотя и не в том антиклерикальном смысле данной фразы, который изначально в нее вкладывал. Религия лишь с помощью самоотрицания приходит к собственной же истине.