«Прошлое — тесно».
Из футуристов.
У канадской писательницы Маргарет Этвуд есть совершенно чудовищная антиутопия — «Рассказ служанки». Изображённый мир настолько безумен, что даже оруэлловская фантазия выглядит, как вполне сносное обиталище для хомо-сапиенса. Впрочем, и замятинский рациональный ад кажется премилым технократическим парадизом, где светит мягкое, вечное солнышко.
«Рассказ служанки» — это победившие «скрепы». Традиционность, возведённая в абсолют. Следование заветам и приметам. Культ предельной естественности и детородной функции. Домострой-hard в его англосаксонском изводе, что уже само по себе — дико и больно.
Действие происходит в мрачном будущем — на территории реакционно-теократического царства Галаад (несмотря на библейское имя, это всего лишь ряд штатов Северной Америки). Комендантский час, истерия целомудрия — то бишь юбки в пол и, как водится, перманентный конфликт со всей остальной цивилизацией.
Откуда дровишки? Читателю показывают, что дорога в преисподнюю, как и завсегда, вымощена благим намерением — химики, экологи да социологи с докторами выяснили: живём отвратительно, жрём — гадость, вдыхаем — её же. И — бабы, вместо, чтоб рожать — учатся на юристов и менеджеров, а потом до сорока лет скачут на дискотеках. Опять же — вредный фитнес. Вымираем! Крышка! А давайте убьём промышленность, науку, литературу, высшее образование, культуру, а ещё – гламур и глянец. Потому как и физика с кибернетикой, и Дольче с Габбаной — одинаково поганые для праведного жития.
Из футуристов.
У канадской писательницы Маргарет Этвуд есть совершенно чудовищная антиутопия — «Рассказ служанки». Изображённый мир настолько безумен, что даже оруэлловская фантазия выглядит, как вполне сносное обиталище для хомо-сапиенса. Впрочем, и замятинский рациональный ад кажется премилым технократическим парадизом, где светит мягкое, вечное солнышко.
«Рассказ служанки» — это победившие «скрепы». Традиционность, возведённая в абсолют. Следование заветам и приметам. Культ предельной естественности и детородной функции. Домострой-hard в его англосаксонском изводе, что уже само по себе — дико и больно.
Действие происходит в мрачном будущем — на территории реакционно-теократического царства Галаад (несмотря на библейское имя, это всего лишь ряд штатов Северной Америки). Комендантский час, истерия целомудрия — то бишь юбки в пол и, как водится, перманентный конфликт со всей остальной цивилизацией.
Откуда дровишки? Читателю показывают, что дорога в преисподнюю, как и завсегда, вымощена благим намерением — химики, экологи да социологи с докторами выяснили: живём отвратительно, жрём — гадость, вдыхаем — её же. И — бабы, вместо, чтоб рожать — учатся на юристов и менеджеров, а потом до сорока лет скачут на дискотеках. Опять же — вредный фитнес. Вымираем! Крышка! А давайте убьём промышленность, науку, литературу, высшее образование, культуру, а ещё – гламур и глянец. Потому как и физика с кибернетикой, и Дольче с Габбаной — одинаково поганые для праведного жития.





















