Партия-метеорит
Необходимо определить реальную политическую принадлежность Нового Скифства. Наши предшественники симпатизировали левым эсерам – народникам и социалистам, силе очень своеобразной, объединявшей в своём политическом багаже вполне либеральные лозунги отстаивания прав человека и отмены смертной казни со вполне себе «мракобесной» тоской по «идеальному русскому крестьянству», а также очень конкретные на исторический момент Второй Русской Революции социалистические цели и требования прав трудовых коллективов и советов.
Они же ожидали создания интернациональной федерации евразийских народов и чуть ли не первыми на планете начали отстаивать «народные права». По итогам разгрома нашей первой «скифской партии» 6 июля 1918 года – рядовых активистов практически поровну поделили между собой большевики и коммуно-анархисты армии Нестора Махно.
Вот так между национал-социализмом (нарождавшимся), евразийством (нарождавшимся) и анархизмом пронеслась, как комета над Россией странная партия левых эсеров.
Сейчас мы смотрим почти с «космической временной выси» не только на чаянья и идеи Русской Революции, но и на политологические откровения эпохи Модерна – Нового Времени. Мы можем трезво оценивать и бесконечно рефлексировать по их поводу – мир постепенно переходит в Постмодерн, где нет уже места классическим политическим канонам и платоновским идеям. Или есть?
Необходимо определить реальную политическую принадлежность Нового Скифства. Наши предшественники симпатизировали левым эсерам – народникам и социалистам, силе очень своеобразной, объединявшей в своём политическом багаже вполне либеральные лозунги отстаивания прав человека и отмены смертной казни со вполне себе «мракобесной» тоской по «идеальному русскому крестьянству», а также очень конкретные на исторический момент Второй Русской Революции социалистические цели и требования прав трудовых коллективов и советов.
Они же ожидали создания интернациональной федерации евразийских народов и чуть ли не первыми на планете начали отстаивать «народные права». По итогам разгрома нашей первой «скифской партии» 6 июля 1918 года – рядовых активистов практически поровну поделили между собой большевики и коммуно-анархисты армии Нестора Махно.
Вот так между национал-социализмом (нарождавшимся), евразийством (нарождавшимся) и анархизмом пронеслась, как комета над Россией странная партия левых эсеров.
Сейчас мы смотрим почти с «космической временной выси» не только на чаянья и идеи Русской Революции, но и на политологические откровения эпохи Модерна – Нового Времени. Мы можем трезво оценивать и бесконечно рефлексировать по их поводу – мир постепенно переходит в Постмодерн, где нет уже места классическим политическим канонам и платоновским идеям. Или есть?























